Другое событие, о котором знал каждый партизан школы, случилось с одним нашим коллегой. Из Киева в Словакию вылетела группа партизан, которую надлежало выбросить в тылу у врага с парашютами. Они были уже над целью, когда у одного из партизан, выпрыгнувшего из самолета, парашют раскрылся раньше времени и зацепился за хвост самолета.
Пилоты заметили случившееся, но не знали, как помочь товарищу. Самолет тем временем лег на обратный курс — на Киев.
После двухчасовой работы с риском для жизни пилотам удалось затащить незадачливого парашютиста в самолет.
Его парашют поместили в музее партизанского движения и обязательно показывали новичкам. Большинство строп на парашюте было оборвано, и партизан, когда его втащили в самолет, чудом держался всего на девяти стропах.
Начальник музея с улыбкой объяснил нам, что мы можем быть спокойны, так как парашюты сшиты из крепкого материала и могут выдержать даже такую нагрузку.
В июле 1944 года по приказу Штаба партизанского движения Украины были сформированы три венгерские группы партизан-десантников. Командирами этих групп были назначены Мартон Сёни, Дюла Уста и я. Каждая венгерская группа состояла из двенадцати — двадцати двух человек, но мы рассчитывали на то, что состав их будет быстро расти за счет местного населения, которое изъявит желание примкнуть к нам. Все было рассчитано так, чтобы в случае необходимости мы могли развернуть группу в целый отряд.
Итак, командирами всех трех групп были назначены венгры. Каждый командир имел двух заместителей: по политической части, или, как мы его тогда называли, комиссара, тоже венгра, и заместителя по военной части, иначе говоря, начальника штаба, которым назначался опытный советский партизан.
В штаб группы входили разведчик и командир группы подрывников. Связь с Центром обеспечивали двое радистов. Кроме них в группе имелся врач или фельдшер.
Для действия в боевых условиях группа соответственно экипировалась. Так, командир группы, его заместитель по военной части и разведчик имели крупномасштабные топографические карты, бинокли и пистолеты. У каждого члена группы был автомат с диском, у одного имелся ручной пулемет, у другого — снайперская винтовка с оптическим прицелом и глушителем. Группа была снабжена боеприпасами и ручными гранатами. Разумеется, все были вооружены финскими ножами.
Одеты мы были довольно разнообразно. Собственно говоря, командир группы сам решал, как кому быть одетым. Венгерская группа, как правило, носила венгерское обмундирование, что при случае могло сыграть положительную роль. Включенные в группу советские партизаны одевались в свою военную форму, а на голове носили традиционные кубанки.
Группа могла быть заброшена и летом и зимой, поэтому все имели при себе летнюю и зимнюю одежду. В целях конспирации никаких бумаг и документов брать с собой не разрешалось, но многие украдкой припрятывали фотографию жены или детей.
Группа имела с собой запас провизии дней на пять-шесть. Нам было строго-настрого запрещено насильно отбирать у населения продукты питания. Во время обучения наши педагоги все время твердили нам о том, что успех нашей группы будет в основном зависеть от хороших контактов с местным населением. Командир каждой группы имел при себе определенную сумму денег для покупки продовольствия.
Радисты имели рацию и большие по размеру и тяжелые батареи питания. Шифр для ведения радиопередач старший радист получал только перед посадкой в самолет. Кроме него, шифра никто не знал. Перед вылетом радистам сообщались день, время и длина волны для радиосвязи с Центром.
Труднее всего было выбрать место для прыжка. Товарищ Ногради был тесно связан с начальником Штаба партизанского движения Украины генералом Строкачом и загранбюро партии, которые информировали его о положении в Венгрии. Ногради сам выбрал место выброски группы.
Трудность заключалась еще и в том, что в Венгрии в то время не было партизанского движения, поэтому мы не могли чувствовать себя в безопасности. Нам не на кого было опереться. Так что смело можно сказать, что три наши группы собирались прыгать в неизвестность. Мы являлись как бы пионерами венгерского партизанского движения. Поэтому нашей основной задачей было создание базы для приема новых групп партизан.
Кроме того, мы должны были решить, как действовать партизанам: то ли мелкими группами в разных местах, то ли сконцентрированными силами в одном месте. Мелкие группы могли свободнее маневрировать, им было легче уйти от преследования противника, проще решить вопросы питания, легче скрыться и выждать, пока их перестанут искать или преследовать. В то же время действия мелкими группами имели и свои недостатки: так, например, небольшая группа не могла долго существовать, ибо имеющихся в ее распоряжении боеприпасов хватило бы всего на несколько дней. Зато крупным группам было труднее обеспечить себя продовольствием и скрыться от противника.
