— Тогда пусть Йован уберет защиту, — Алистер оглядывался вокруг, однако, несмотря на целые груды косматых и склизких туш, которых сбили его стрелы и магия, их число еще оставалось достаточным для того, чтобы расправиться с незваными гостями, навались они скопом. — И ты ударишь по нему стихией.
— Не все так просто. Я не знаю, насколько этот демон искажен, и какова его сила. Моей магии может не хватить, чтобы покончить с ним одним ударом. И… этот демон — демон голода. Голодом он заставляет этих тварей жаждать разорвать нас на куски. От него нас защищает кругом крови. Однако, как только защита падет, мы будем чувствовать… то же самое. Тот же голод, Страж.
Алистер бросил на нее изумленный взгляд, на миг отрываясь от кидавшихся на второй круг звериных туш.
— Ты хочешь сказать что… мы бросимся друг на друга?
Ответить Нерия не успела. Вспышка ослепительного света на миг озарила все вокруг и — потухла, рассыпавшись зелено-голубыми искрами. Теперь на пути демона и подчиненных ему тварей горел всего лишь один круг. Йован бессильно уронил руки, кровь на которых спеклась, точно долгое время он держал их над огнем.
— Простите меня, — еле слышно прошелестел он, поднимая лицо к равнодушному ночному светилу. — Я сделал все, что смог. Я — очень слабый маг…
Демон голода раскинул в стороны исходившие мокрой тьмой ветхие руки. Уже было яростно бросившиеся к третьему кругу твари замерли каждая на своем месте. Они непонимающе вскидывали морды, словно очнувшись от непонятного сна, или, что вернее, наваждения. Демон подплыл ближе к последней защите, оставшейся между ним и вожделенной плотью и затрясся. Алистер понял — это значило смех.
— Глупые, ничтожные сссмертные, — гигантское тело черной пиявки колыхалось в ладони от подступившего к краю круга лица Стража. Алистер до боли в пальцах тискал меч, со злым бессилием понимая бесполезность своего оружия в битве с бесплотным порождением Тени. — Вы не предусссмотрели… Крови двух ссслабых магов не оссстановить… Мы, демоны, сссоздали эту магию, и мы зссснаем ее зсссаконы! Теперь ваша защита пала. Кровь сссмертного, у которого нет сссвязи с Тенью не причинит вреда такому, как я. Она даже не обожжет! Оссстановить высссшего демона Тени ссспособна лишь кровь молодого дракона. Но в этой часссти мира сссмертных нет молодых драконов! Готовьссся. Ссскоро ты будешь принадлежать мне — телом и душой…
Он стремительно скользнул вперед. Алистер вскинул перед собой меч, однако, не успел сделать ни единого бесполезного взмаха. Последний круг, прокапанный его собственной кровью, при соприкосновении с плотью демона, полыхнул свирепой красной вспышкой. Черная пиявка без единого звука рассыпалась в прах.
— Что это было?
Забыв об усталости, Йован вскочил на ноги, ошарашенно разглядывая разносимую порывами ветра кучку грязного черного праха. Лишившиеся своего предводителя твари, хотя и не думали никуда деваться, но все же кидаться на защитный круг уже не пытались.
— Поразительно, — Нерия спрятала кинжал и подобрала свой посох. — Впервые вижу такое… чтобы высший демон сдох так от одного только прикосновения к кругу на крови человека, у которого даже нет связи с Тенью. Должно быть, он был сильно искажен, и сам не знал природы своего искажения.
Она взмахнула посохом. Вновь взвившийся в воздух рой камней обрушился на головы тварей. Утратившим чувство безумного голода, искаженным зверям Бресилиана этого оказалось достаточно. Большинство из них бросились обратно в чащу. Лишь некоторые отбежали недалеко, то ли еще надеясь на теплое мясо гостей, то ли дожидаясь, когда можно будет поживиться холодным, разбросанных по поляне мёртвых туш своих сородичей.
— Хвала Создателю!
Йован, все еще сотрясаясь, обнял себя за плечи. Нерия нерешительно поставила свой посох на жухлую траву.
— Я могу позвать еще раз, — неуверенно произнесла она. — Но…
— Не надо звать!
Люди и эльфийка стремительно обернулись. С дальнего конца поляны, знакомыми скачущими прыжками к ним приближались огромные согнутые волки. Добравшись до границы третьего круга, звери остановились. Передний, рыжий, с проседью, самец, на насколько мгновений замер, затем, к удивлению пришельцев, оперся на задние лапы и с усилием распрямился в человеческий рост. Его сопровождающие последовали этому примеру.
— Не надо, — рыкающе повторил рыжий, и прочие оборотни зарычали и заскулили, выражая согласие с его словами. — Мы… уже… здесь. Мы… торрропились, как могли. Мы не ожидали… — он шагнул к кругу и поочередно оглядел каждое из обращенных к нему лиц. — Но мы хотим… мы готовы… мы будем говорить. Кто из вас будет говорить со мной?
