Девочка, на мой взгляд, рано начала думать о том, что ей должны рассказывать, под каким углом снимать. Тут между тем выяснилось, что урок журналистики и под каким углом снимать, решил преподать Владимир Путин. Причем не девочке.
— По каким критериям оценивать события — это, мне кажется, очень важно. Может быть даже, это самое главное. Правда? И делать так, чтобы, как здесь одна из артековок сказала, чтобы было необидно тем, в отношении кого они делают и пишут свои репортажи. Да?
Он по-прежнему смотрел на девочку, но говорил, конечно, не с ней. Ему, без сомнения, доставляла удовольствие эта ситуация. Так он мог сказать что угодно кому угодно, а поговорить-то с артековцами.
— Да, я считаю, что это тоже очень важно, — согласилась девочка.
Владимир Путин:
— Ну вот. У нас с тобой есть общий подход, по-моему, весьма конструктивный, к этому виду деятельности.
В общем, ясно: главное, чтобы не обидно. Потому что просто неохота уже обижаться.
Президент Путин поделился соображениями о символах государства — гербе и флаге (да ведь и сам он, Владимир Путин, является символом государства — по крайней мере, до тех пор, пока он его президент). Он рассказал, что подписал законопроект о более широком использовании всех этих символов, то есть и себя самого.
— Исхожу из того, — пояснил он, — что более широкое применение символов, во всяком случае в учебных заведениях, будет способствовать воспитанию патриотизма, особенно у молодого поколения.
Теперь Владимира Путина, как и связанных с ним флагов и гимнов, мало никому не покажется (хотя вроде и так не казалось).
Турецкий журналист спросил своего премьер-министра про судьбу турецкой активистки Greenpeace Гизем Акхан, отпущенную накануне под залог и находящуюся в Санкт-Петербурге.
— Говорят, что ей запрещен выезд в Турцию. Вы увезете ее с собой? — прямо спросил Реджепа Тайипа Эрдогана турецкий журналист.
— Он же с женой приехал! — возмущенно откликнулся Владимир Путин. — Как он может! Что за вопросы вы задаете?!
Владимир Путин как будто нарочно демонстрировал преимущества безбрачного образа жизни. Вот если бы он захотел куда-нибудь увезти турчанку или русскую активистку Greenpeace — ему бы и слова никто не сказал, а только благодарили бы все.
— Господин Эрдоган в Эрмитаж с женой собрался! — укоризненно продолжил российский президент под хохот турецких журналистов.
Они, кажется, так и ждали чего-то в этом роде и вот дождались.
Владимир Путин прочел собравшимся краткую лекцию об основах современной культуры. Материалы для этой лекции он во многом собирал сам, во всяком случае, листочки его речи были исписаны, переписаны и перечеркнуты его рукой. Очевидно, что состояние современной культуры ему представляется крайне противоречивым.
Одна женщина, решившая не называться (или не решившаяся назваться), рассказала, что, «когда президент страны был нетрезвым», она плакала.
— А чего вы плакали? — переспросил ее Владимир Путин. — Просто не закусил, может, вовремя, вот и все. Русский же человек, бывает…
Видимо, поняв, что прозвучало грубо, премьер добавил еще несколько слов:
— Борису Николаевичу Ельцину досталась непростая судьба. Да, были проблемы определенные… Но он дал стране свободу! Есть вещи, которые являются непреходящей ценностью. И я все-таки хотел бы взять его под защиту.
Нуждается ли он в ней?
— У православия, — говорит президент в Сергиевом Посаде на торжествах в честь 700-летия Сергия Радонежского, — есть свои нравственные и моральные ценности… Можно с полным основанием говорить, что за нами подавляющее большинство не только граждан тех стран, где православие считается основной, ведущей религией, но и во многих других странах люди разделяют нашу точку зрения о первенстве традиционных нравственных, моральных ценностей.
Я надеюсь, что в этот торжественный момент он не вспомнил вдруг про однополые браки, а имел в виду что-то другое.
— Предпринимаются шаги, законодательно разрушающие нравственные ценности. Мы сопротивляемся этому, как люди, сознающие нравственное начало…
Нет, все-таки про них.
— Добро, борьба со злом, правда, верность… — все есть в мультиках! — воскликнул Владимир Путин.
То есть все, чего так не хватает в реальной жизни, в том числе, видимо, ему.
— Но согласимся в том, что однополые браки детей не производят! — воскликнул господин Путин с какой-то даже досадой. — Конечно, можно решать проблемы рождаемости за счет мигрантов, но мне бы хотелось, чтоб у нас рождаемость росла за счет титульных наций — русских, татар, евреев (евреям неожиданно повезло под горячую руку. — А. К.).
Президент России предложил в конце концов, чтобы секс-меньшинства договаривались с ним, и пообещал договариваться с ними.
Звучит интригующе.
Генеральный директор нового завода НП «Алмаз-Антей» вручил Владимиру Путину символические ключи.
— От неба, — объяснил он и, немного засмущавшись (так смущаются, когда произносят легкую неправду), добавил:
— От мирного…
