Они вышли в белёсый по-утреннему воздух, факельщики потушили огонь. Девочка взволнованно завозилась на руках Юлия — он понял, опустил на землю. Ухватившись за его руку, она шла по утоптанной земле, мягкой и уютной под ногами, как лесная тропинка. Улица вокруг напоминала старый район города? Двух-трёхэтажные дома с крылечками, увитыми зеленью, щедро украшенными лепными завитушками и башенками; не газоны — палисадники с пышно вздыбленной кверху цветочной пеной. Дома отстояли друг от друга на приличном расстоянии, и каждый мог гордиться громадными деревьями близ себя.Серая дымка утреннего тумана лениво колыхалась под ногами. Если в домах кто-то и есть, то для их жителей этот час слишком ранний.Факельщики впереди твёрдо шли по каменистой дороге — в сапогах. Юлий и серые люди-драконы, как успела убедиться Анюта, шли босиком. Правда, это их нимало не смущало. Они как раз шли весьма важно, по определению девочки. Странный "другой" сон. Странный "другой" мир… Анюта тихонько вздохнула.— Устала? — нагнулся к ней Юлий.
— И устала, и хочу есть, и хочу спать, — пробурчала девочка.
— Давай снова на руки? Хоть отдохнёшь, поспишь…
— Ага! И не увижу всего этого?
Юлий засмеялся и больше помощи не предлагал. Просто скоро наступил момент, когда защитник сам подхватил девочку на руки, и, не успела её голова прислониться к его плечу, Анюта уже спала.ЧАСТЬ ПЯТАЯ1.Золотая искорка сна Леона погасла.Брис медленно встал, чтобы не потревожить птиц на плечах, уголком губ усмехнулся забавно вытянутому лицу Игнатия, увидевшего птичье собрание на необычном насесте.— Будим остальных?
Игнатий нахмурился, поискал глазами, который его сокол, — Тайви не стал дожидаться, пока его разглядят, слетел с плеча Бриса на кожаный напульсник хозяина. Следом разлетелись и остальные — и решили проблему побудки, нетерпеливо царапая одежду хозяев и коротко вскрикивая.Вставали быстро, точно только легли и уснуть не успели. Один Володька сидел на диване, блаженно помаргивал и с наслаждением зевал, а его сокол вспархивал перед ним с плеча на плечо и возмущённо смотрел на это легкомыслие.Вышедший Игнатий постучал по раме с улицы. Команда высыпала из подъезда.— А вы посмотри-ите, кто-о идёт! — нараспев выговорил Роман, и его глаза подёрнулись мечтательной дымкой, за которой Леон с недоумением разглядел хищный огонёк. — Ах, кто-о же это-о к нам идёт-то-о…
