Ураган взорвался мгновенно.Последнее слово Рашид выговаривал, видимо, по инерции. Леон среагировал на обрушенный ужас секундой позже, потому что всю эту самую секунду заворожённо следил, как тонкие губы Рашида ещё шевелятся, а сам он вскакивает, смазанным из-за скорости движением выхватывает пулемёт.И — всё забегало, зарычало загрохотало!"… близко…" Обыкновенный асфальт пропал: из невидимого простому глазу "колодца" выбухла содрогающаяся от собственной бескостной необъятности масса. На ней быстро и жадно подёргивались, внюхиваясь в воздух, морщинистые присоски. Масса тяжело плюхнулась в сторону — и Леон невольно шарахнулся, инстинктивно ожидая, что "блинчик" разлетится вдребезги, то есть в брызги. Но тот уцелел, надулся парусом-блином на стреляющих в него людей. Оказывается, "блинчик" прыгнул в сторону, освобождая выход следующей твари.Следовало поторопиться. "Блинчики" выпрыгивали из своей сковородки один за другим. Когда Леон спохватился и начал стрелять, их стало уже штук пять. Каждая туша вначале колыхалась, потом твердела в парус и вот так, на всех парах, мчалась на врага.Леону повезло — хотя какое здесь везенье: парни моментально оттеснили его за спины, и некоторое время — те же секунды! — он оставался лишь наблюдателем.Сдох на полуслове-полуочереди пулемёт Романа. Парень отшвырнул его и на ближайший "блинчик" ринулся с мечом. Тварь едва не накрыла его собой. В форме паруса она была необычайно пластична и подвижна. Леон рванулся к Роману, ещё не представляя, что будет делать.Под жуткой плоскостью, точно под громадным опадающим листом, голова Романа уже скрылась, когда под ноги ему нырнул Игнатий и, упав, вскинул ствол гранатомёта. Всё вместе: Игнатий провёл захват ногами и выкатился из-под "блинчика" с Романом в обнимку, чудом не угодив под его меч; вылетевшая из оружия граната пробила тело твари и взорвалась под нею, растрепав "блинчика" в ошметья, — так вот, всё это заняло, наверное, не более двух-трёх секунд. Потом Игнатий сунул под нос Романа кулак и заорал:
