Немного так немного. Только почему появилось впечатление, что они двое медленно, но совершенно достоверно поднимаются? С чем экспериментирует Роман?По обретённой во время спуска привычке Леон машинально глянул вниз. И — похолодел. Под ногами больше нет предположительного поворота. В бесконечном "колодце" появилось дно, которое быстро надвигалось на двух путешественников; одновременно сужались стены — медленнее, чем поднималось дно, но достаточно отчётливо.От зрелища изменяющегося пространства невозможно было оторваться глаз. Леон уже не думал, что случившееся — последствия сосредоточенности Романа. Или всё-таки они, только непредугаданные и неожиданные?Внезапно стало душно, словно где-то перекрыли кислород или — закрыли дверь. Свет вокруг давно не розовый, а густо-красный, и не однородный, как прежде. Леон, скорее всего, назвал бы его багровым — словом, которое у него связано с опухшим, злобным лицом буйного пьяницы с глазами в кровавых прожилках. Казалось немыслимым, что багровый может быть ещё более густым и насыщенным, но это происходило. И ощущение духоты всё давило, вызывая неприятную, зудящую сухость кожи, которую хотелось расчесать до крови.Давило? Леон вскинул глаза кверху, к выходу, — и бешено задёргал трос: "Вытаскивайте! Быстро!" Покрышки над головой нет, но стены наверху сдвигались, отрезая путь так же, как и нижние.Трепыхнулся за спиной Роман: видимо, движение заставило его выйти из сосредоточенного оцепенения.
— Зачем ты… — послышалось его недовольное и затем: — Ого…
