Он улыбнулся — она улыбнулась в ответ обрадованно: когда в первые дни Юлий показывал ей дом, где что находится, не обошли вниманием и подвал в той его части, где размещался тир. Девочка вспомнила пистолет, взятый у Мишки, и попросила разрешения "стрельнуть один разок". Результат ошеломил и хозяина, и гостью: Анюта стреляла не целясь, но исключительно метко. Да, лучшего места для близкого знакомства с Мигелем не найти. Если уж болтать, то только в тире.Они торжественно подали друг другу руки — "Удачи!" — и она побежала к лифту. Можно было и по лестнице спуститься. Но времени ушло бы больше, а девочка торопилась. После реплики Юлия: "Если хочешь его очаровать" она вдруг подумала, не намекает ли он, что возвращение домой труднее, чем он предполагал ранее? И эти двое нужны, чтобы помочь ей вернуться? Ведь Юлий часто повторяет, что он теоретик, а не практик. Он только знает обо всех тех удивительных вещах, которые неплохо получаются у Анюты. Тогда, может быть, зря она не сказала ему про "жениха" и брата?..И тут же безо всякого перехода она подумала: "Хорошо, что Юлий не заметил оборванной оборки! Он бы так переживает за меня. В странную сказку я всё-таки попала. Дом Юлия хоть и похож на дворец, сам он ни капельки не похож на принца. А если и похож, то принцессу себе он уже выбрал. А зачем здесь я? Он сказал — погостить. Смешно. Хуже — глупо. В общем, зачем — это дело его, а мне здесь нравится… А вместо заколдованных принцев здесь есть Мишка и Вадим… Так сказать про них Юлию?" Лифт остановился, и девочка побрела между двумя рядами стрелковых мест, выискивая освещённую кабинку.Мигеля она нашла недалеко от входа, но не стала занимать кабинку рядом, а включила свет через место. Кабинки узкие и прозрачные. Именно по свету Мигель сообразил, что у него появился сосед, узнал Анюту и шутливо раскланялся, сняв воображаемую шляпу. Девочка едва не рассмеялась, сразу представив, что он снимает шляпу с довольно диковинной сейчас головы: стеклянные очки в пол-лица, круглые уши будто крышки с кастрюль — из-за наушников. Игрушечный инопланетянин, да и только!..Однако Анюта сдержалась, присела в чопорном реверансе и, улыбаясь, повернулась к экрану. Очки и наушники ей великоваты, но ничего. Она взяла первый из предложенной в кабинке коллекции пистолет и нажала кнопку, которая выводила на экран задание повышенной сложности. На Мигеля она позже произведёт впечатление. А сейчас ей нужно хотя бы десять минут на себя. Это — чтобы прекратить думать. А лучший способ для этого — мгновенно откликаться на стремительно выскакивающие из самых неожиданных мест фигурки.Перед выстрелом девочка ещё успела сердито подумать: "Устала мозгами ворочать. Домой бы, к маминым куклам… И зачем Мигель с Марком приехали…"Уже через минуту напряжение вытеснило все мысли. Сначала она стреляла очень скованно, часто судорожно дёргалась при появлении новой цели. Но каждый выстрел уносил сознательную частичку, оставляя инстинктивное, и вскоре Анюта уже не вздрагивала, а реагировала чётко и жёстко, предоставив телу совершенную свободу.Десятиминутный сюжет с экранной дичью на шестой минуте чуть ускорил действие. Анюта пристрелялась — изменения скорости почти не заметила.Не заметил и Мигель, хотя всё внимание сосредоточил на экране Анюты. Он лишь обнаружил некоторую странность: его глаза едва-едва начинали фиксировать появление на экране новой фигурки, как она немедленно пропадала. И он невольно играл в игру, где нужно, опередив "выстрел охотника" (Анюты), успеть увидеть цель одновременно со стрелком. Получалось редко, но тем больший азарт овладевал им.Вошедший в тир Марк сразу подключился к игре Мигеля, но ему повезло меньше: пришёл к концу.Экран опустел. Анюта, точно не веря, ещё несколько секунд держала на весу спортивный пистолет, потом медленно опустила руки. Она чувствовала, что после напряжения стрельбы тело начинает неуверенно возвращаться к обыденной своей жизни, наливаясь тяжестью и осторожно выстукивая успокоенный сердечный ритм.Юлий говорил, что она слишком зажата, а настоящие стрелки всегда расслаблены, ибо только так расслабленный мускул может вовремя среагировать на мелькающую цель. Но и Анюта знала: её тело, напрягаясь до какого-то известного ему момента, внезапно теряет контакт с обычным миром и слепо "накладывается" (другого слова она не могла придумать) на экран с мишенью — отсюда и меткость. Она понимала Юлия, что в реальной жизни такая стрельба опасна, но ничего поделать не могла.Тело распускалось, как цветок, — видела она однажды по телевизору замедленную съёмку, как расцветает роза. Только Анюта представляла себя цветком в свободной воде: вокруг всё колышется, и она вместе с подвижным пространством послушно качается. Потом пространство за спиной возмутилось легонько раз, другой. Девочка обернулась. Позади её кабинки стояли Мигель и Марк. Она сняла с головы очки и наушники и неожиданно для себя вздохнула — долго и глубоко, словно аккомпанируя собственной смешливой мысли.
