— Не сожалей. Есть то, что есть. Я справилась.
— Знаю. Я бы хотела, чтобы ты не просто «справлялась».
— Я не жалуюсь.
— Нет. Ты не жалуешься, да?
Джулия тряхнула своей темноволосой головой.
— Никогда не находила это весьма продуктивным. А ты?
Эван усмехнулась.
— Черт возьми, да! Я жалуюсь на все, — она посмотрела на свою высокую спутницу. — Ты говоришь мне, что никоим образом не заметила этого во мне?
Джулия улыбнулась.
— Я дала тебе презумпцию невиновности.
— Спасибо. Уверена в этом.
— Честно говоря, это одна из тех вещей, которую я люблю в тебе больше всего.
— Что?
— Твой вредный характер.
— Мой вредный характер?
Джулия кивнула.
— Боже. Ты превращаешь меня в комнатную собачку.
Джулия рассмеялась.
— А это еще одна вещь, которая мне в тебе нравится.
— Вот спасибо, порадовала.
— Почему тебя это обижает? Не похоже, что ты не любишь сидеть у меня на коленях.
Эван подумала об этом.
— И правда.
Они свернули от ручья и медленно пошли вверх по газону к дому. В этом месте нанесло немного снега, и ходьба потребовала больших усилий.
Джулия снова заговорила, в ее голосе больше не слышались легкомысленные нотки.
— Что с нами будет, Эван?
Эван посмотрела на нее. Она знала, что ее ответ на этот вопрос очень важен.
— Если нам повезет, то ничего.
— Ничего?
Эван кивнула.
— Обычно, такой ответ меня бы разозлил.
Через секунду Эван подтолкнула ее.
— Но?
— Но прямо сейчас «ничего» звучит чертовски хорошо.
Эван расцепила их соединенные вместе руки и потянулась, чтобы взять ладонь Джулии.
— Я не позволю, чтобы с тобой что-нибудь случилось.
— Я тебе верю.
— И до того, как ты спросишь — я также не позволю, чтобы что-то случилось с нами. Ну, пока мы не решим, что «нас» больше нет и защищать нечего.
— На последнее не рассчитывай.
Это простое утверждение окутало Эван, как будто на нее накинули еще одно теплое пальто. Она крепко сжала пальцами затянутую в перчатку руку Джулии. И, не говоря больше ни слова, они пошли к дому.
Остаток дня они провели, работая, каждая в своем углу дома. Эван усадила Джулию в импровизированный офис за столом в гостиной, где у нее была чуточку личного пространства для проведения конференц-связи. Пока Джулия была занята, Эван закончила оформлять билет Стиви для ее завтрашней поездки из Олбани в Филадельфию. Она прибудет на станцию 30-й Стрит поездом в 12–20.
Эван крайне не хотел оставлять Джулию завтра одну, и она едва ли могла ожидать, то Джулия поедет с ней в город, что забрать Стиви. Прямо сейчас для них двоих было огромным риском, если бы их вместе увидели в общественном месте. Кроме того, она предпочитала, чтобы первая встреча Стиви и Джулии произошла в более гостеприимгной и привлекательной обстановке. Дэн был занят. Он уже позвонил и сообщил, что он хочет повидаться со Стиви в уикенд, до их встречи с Энди в понедельник.
Она пыталась разрешить эту задачку, когда зазвонил ее сотовый. Это был Тим Донован.
— Отец Тим? — удивленно спросила Эван, когда увидела его имя на дисплее. — Чтобы это ни было, я не имею никакого к этому отношения.
— Хорошая попытка. Тебе уже следует знать, что тебе я звоню в первую очередь.
— И что мне сделать, чтобы заработать отпущение грехов? Хотя бы временно?
Он засмеялся.
— На этот раз ты не на крючке. Я завтра буду на Кеннетт Сквер, и интересуюсь, не захочешь ли ты пообедать со мной. Ну, ты знаешь, может быть, посмотреть, что случится, если мы встретимся при дневном свете?
— Какая интересная идея, — Эван задумалась. Почему не убить двух зайцев сразу? Было ясно, что когда-нибудь Тиму нужно будет познакомиться с Джулией, и, возможно, он поможет ей со Стиви. — Когда тебе нужно там быть?
— В середине дня, в любое время до 15–00. Мне нужно принести соболезнования, а затем заехать в больницу. А что?
— Стиви приезжает домой на поезде в 12–20 из Олбани. Можешь забрать ее на обратном пути? Я тебе позже объясню, почему.
Тим не колебался.
— Конечно. С удовольствием с ней встречусь. А потом мы втроем пообедаем, до того как я двинусь дальше.
— Ага. Насчет этого, — она помедлила.
Тим заметил ее нерешительность.
— Так. Это не предвещает ничего хорошего. Что такое?
— Помнишь женщину, о которой я тебе рассказывала?
Тим не упустил ни одной детали.
— Ту, которая замужем?
Черт бы побрал его за упоминание факта, в который он ткнул ее носом.
— Да. Ту, которая замужем.
— Что насчет нее?
— Она здесь.
На том конец линии мгновенно воцарилась тишина.
— Здесь — это там?
— Правильно. Здесь.
— Эван…
Она оборвала его.
— До того, как ты поспешишь с выводами, это не то, что ты думаешь, — Ну. Фактически, это, вероятно, как раз то, о чем он подумал, но дело было не в этом. — Я могу все объяснить, и объясню, после того как ты привезешь сюда Стиви, — она помолчала. — Мне нужно, чтобы ты мне верил, Тим. Я никогда не сделала бы ничего опрометчивого, что касается моего ребенка.
Он вздохнул.
— Вероятно, я буду потом сожалеть о сказанном, но я действительно тебе верю.
— Спасибо, святой отец.
Он хихикнул.
— Знаю, я для этого и нужен, всякий раз, когда ты начинаешь почтительно ко мне обращаться. Ты скажешь Стиви, что я заберу ее?
— Да.
— Ладно, тогда. Увидимся завтра, — он повесил трубку.
