Большая часть завязок на его броне ослабла или пропала. Тяжелые пластины из драконьей чешуи на спине и груди косо свисали с широких плеч. Он стоял на коленях, вонзив шипы наколенников в сырую траву. Стянув покрытые костью перчатки, он вытирал слезы на щеках и сопли под носом. Громадная палица с костяной рукоятью отдыхал рядом на земле.
Он ревел полночи, пока горло не начало саднить, а голова словно была набита песком. Где все? Он был один, и казалось, он уже годы бредет один по этой безжизненной земле. Он видел остатки лагерей, заброшенные деревни. Видел долину, усыпанную костями и камнями. Видел хромую ворону, которая смеялась над ним, но принялась молить о прощении, когда он ее поймал. Тупая птица! Его сердце смягчилось, и он по глупости отпустил ее, и гнусная ворона, хромая прочь, тут же принялась смеяться снова. И прекратила, только когда на нее упал булыжник. А теперь ему не хватало даже смеха вороны и ее забавных прыжков – хоть какая-то была компания. Тупой булыжник!
День пролетел и вернулся; было совсем не так холодно, как накануне. Призрак старого хромого Эрбата унесло, словно пыль, – разве это справедливо? Нет. И вот он потерян, что-то ищет, но не помнит, что именно, и хочет домой, в Летерас, веселиться с королем Теголом, и заниматься сексом с Шурк Элаль, и ломать руки приятелям-стражникам во дворце. Ну где же все его друзья?
Взглянув мутным взглядом на палицу, он нахмурился. Она даже не красивая.
– Круши, – пробормотал он. – Ломай. Ее зовут Рилк, но она же ничего не говорит. Как же она сказала кому-то свое имя? Я один. Наверное, все умерли. Прости, ворона, ты оставалась одной живой душой! Во всем мире! А я тебя убил!
– Жалко, я пропустил, – раздался голос у него за спиной.
Ублала Панг поднялся на ноги и повернулся.
– Живой!
– Я тоже очень рад, друг.
– Вокруг тебя холодно, – сказал Ублала.
– Это пройдет.
– Ты бог?
– Более-менее, тоблакай. Это тебя пугает?
Ублала Панг покачал головой.
– Я уже встречал богов. Они собирают кур.
– Да, наши пути неисповедимы.
– Знаю. – Ублала Панг помялся и сказал: – Я должен спасти мир.
Незнакомец наклонил голову.
– А я вот подумываю уничтожить его.
– Тогда я опять останусь один! – хныкнул Ублала, и по щекам снова потекли слезы.
– Спокойно, тоблакай. Ты напомнил мне, что в мире остается кое-что ценное. Если намерен спасать мир, друг, эта драконья броня очень кстати, как и оружие у твоих ног – кажется, мне знакомо и то, и другое.
– Я не знаю, – сказал Ублала. – Не знаю, куда идти, чтобы спасти мир. Я ничего не знаю.
– Тогда пойдем вместе.
– Боги – хорошие друзья, – кивнул Ублала Панг, довольный тем, как все обернулось.
– И злобные враги, – добавил незнакомец, – но мы не станем врагами, так что не будем об этом. Обладатель Рилка, носитель Дра Алкэлейнта, как твое имя?
Ублала выпятил грудь. Ему понравилось быть обладателем и носителем чего-то там.
– Ублала Панг. А ты кто?
Незнакомец улыбнулся.
– Пойдем на восток, Ублала Панг. Меня зовут Драконус.
– Ух ты, смешно.
– То есть?
– Именно это слово призрак старого Деда Эрбата прокричал, прежде чем черный ветер разодрал его в клочья.
– Ты должен рассказать мне, как очутился здесь, Ублала Панг.
– Я в этом не очень-то понимаю, Драконус.
Бог вздохнул.
– Тогда у нас много общего, друг. Ну что ж, бери Рилк и позволь я поправлю тебе ремешки.
– О, спасибо. Я не люблю узлы.
– Думаю, никто не любит.
– Только цепи еще хуже.
Руки незнакомца замерли, потом он снова занялся ремешками.
– Точно сказано, друг.
Ублала Панг утер лицо. Он почувствовал легкость в ногах; солнце взошло, и ему снова стало хорошо.
Друг нужен каждому.
