Присутствующий на совете Мардегор улыбнулся в кулак. Он наблюдал за каждым движением Ланты. Рыжие волнистые волосы были собраны в несколько кос, перевитых между собой, а боковые пряди девушка опустила себе на плечи. Её огненные волосы и бледная кожа прекрасно гармонировали с темно-сливовым платьем со скромным треугольным вырезом, отороченным желтой вышивкой и узкими рукавами. Платье Ланта дополнила поясом из золоченных пластин и тонкими бархатными перчатками в цвет платья. Мардегор причмокнул и откинулся на спинку кресла.
Ланта сидела с подчеркнуто ровной спиной и старалась не обращать внимания на перешептывания вокруг.
Со своего места встал плотный низкорослый мужчина с короткими рыжими волосами. Он обратился к астартору. — Я считаю, ты не прав, брат. Нет нужды запирать мою племянницу в клетку. На тебя совершали десятки покушений. Лантарии же еще ни разу никто не угрожал.
Лахесия покачала головой. — Разговаривать в таком тоне с астартором просто преступно, — её скрипучий голос заставил минтала замолчать. — Если бы не самочувствие астартора, Кетомедон, тебя бы выгнали с заседания совета.
Астартесса кивнула. — Давайте не будем разводить здесь полемику, минтал, — Фемия сдвинула брови. — Таково желание моего царственного супруга. Так? — она повернула голову в сторону мужа.
Астартор медленно закрыл и открыл глаза. Это можно было толковать любым способом.
Кетомедон пожал плечами и сел на место.
— Мы и так уделили этому малозначительному вопросу слишком много внимания, — подала голос Лахесия. — Давайте перейдем к обсуждению расследования покушения.
Лантарию провожали в комнату двое вооруженных слуг, когда дорогу им преградил Мардегор. Его крупная широкоплечая фигура, хищно изогнутые вверх брови и черные всклоченные волосы придавали лорду вид древнего демона.
Ланта замерла, а потом сделала шаг назад. Лорд Мардегор был редким гостем во дворце, но каждый его визит Ланта старалась быть где-нибудь подальше. От него веяло какой-то силой, странной и пугающей.
— Примите мои соболезнования в связи с произошедшей ситуацией, ваше высочество, — Мардегор чуть склонил голову набок.
Ланта подняла подбородок выше и быстро кивнула, прикрыв глаза.
— Ей не нужны твои соболезнования, старый хрыч, — раздался голос Кетомедона из-за спины минталенты. — Иди куда шел.
— Ваш дядя обладает потрясающей способностью грубить людям, — Мардегор улыбнулся Ланте.
Мурашки побежали по спине девушки. Лорд улыбался, но при этом его холодные голубые глаза потемнели, словно он только что принял сайрон. Ланта выдавила из себя ответную улыбку. — Я тороплюсь в свою комнату по приказу матери. Простите, лорд.
Мардегор кивнул, уголок его верхней губы приподнялся, обнажая потрескавшиеся зубы с черным нутром. Он кивнул Ланте и Кетомедону, а затем степенно удалился в свою комнату.
Ланта передернула плечами и обернулась к Кетомедону. Тот что-то прошептал вслед Мардегору и взял племянницу за руку.
— Ну зачем мама поступила так со мной, дядя Кето?
— Она любит тебя, Ланточка. Пойми, после того как твой отец стал таким…
— Покушения тут не при чем! Отец просто заболел.
— Боюсь, что нет, солнышко. — Кето часто называл своих племянниц солнышками. — Ты умная девочка, должна понять, что раз ни один лекарь не смог ему помочь, значит, тут замешано колдовство.
— Но наш род не подвластен магии сайрона.
— Род то наш защищен, но от всего ли? Какое колдовство есть в нашем мире, помимо силы сайрона? И каковы пределы возможностей самой фиолетовой пыли?
— Мне просто нужен доступ к лаборатории. Вдруг я смогу найти лекарство. — Ланта не смогла скрыть улыбки. Она не умела врать. Уже было столько попыток создать лекарство, и девушка понимала, что вряд ли преуспеет в этом.
— Прости, солнышко. Я не могу ослушаться приказа твой матери. Но я постараюсь доставить в твою комнату часть алхимических инструментов.
Ланта опустила голову и кивнула. — Мне стоило попытаться.
— Не грусти, Ланточка, — Кето потрепал её по плечу. — Несколько дней, а потом сердце твоей матери успокоиться, и она выпустит тебя.
— Мы должны идти, госпожа, — глухой голос стража из-под капюшона стер улыбку с лица девушки. Ланта обняла дядю, после чего вернула оскорбленное выражение на лицо и с гордой осанкой удалилась в свою комнату.
Кето смотрел ей вслед уже без улыбки. Когда к нему подошел его сын Эолот, глаза минтала похолодели. — Ты избавился от свидетелей?
— Да, отец. Один из них спрятался в лесу, но я нашел его. Глупец, разве можно брать на такое дело мекра. Его помет привел меня прямо в их убежище. Теперь никто не узнает, что мы были замешаны в этом.
— Хорошо, — кивнул Кето. — Проследи, чтобы алхимические инструменты твоей двоюродной сестры были доставлены в её комнату.
— А какой из сестер? — усмехнулся Эолот.
Кето засмеялся. — А давно Данея начала заниматься алхимией?
