А я остался один на один с мечником, что словно сама смерть приближался ко мне. Я выхватил коготь, пробуждая стигмы хаоса. Это стало сигналом к началу схватки. Мечник сорвался с места вновь размазываясь в еле уловимое взглядом, темное пятно. Я сотворил четыре стрелы хаоса и встретил его рывок телекинезом. Мое заклятье не смогло его остановить и даже ощутимо замедлить, но все же его скорость упала достаточно, чтобы я смог увернуться. В последний момент я сделал шаг назад правой ногой, поворачивая и отклоняя чуть назад свой корпус. Лезвие меча пронеслось в нескольких сантиметрах от меня, еще буквально пол ладони влево и меня бы разрубило пополам. Я попытался ударить его когтем, но длины моего кинжала оказалось недостаточно.
Гоняться за ним было абсолютно безнадежным делом. Боль в голове, что разрывала ее изнутри, была терпимой… и уже привычной. Но я смог замедлить его лишь на краткий миг и то недостаточно для эффективной атаки.
Мой противник резко разорвал дистанцию, уклоняясь от падавших сверху огненных капель, и вновь теряя скорость. Выбрав момент, я ударил стрелой хаоса, но мечник неуловимым движением клинка отбил ее, словно рассекая пополам. Алый камень в рукояти меча засверкал, наливаясь силой.
Через мгновение, мой противник оказался в полусотне шагов от того места, где стоял только что. В его руках появился странный предмет, словно три стальные трубки связали воедино, прикрепив их к деревянной рукояти. Грохнул выстрел и лишь многолетние тренировки с лучшими стрелками Вечного Леса позволили мне вовремя уйти с линии атаки. Второй выстрел последовал тут же, только уже с другого места. Я вновь попытался увернуться, но неудачно. В меня словно влетел крупный кабан, со всего маха, всаживая свои бивни в мой бок. В глазах на мгновение потемнело, но я чудом и усилием воли удержался на ногах.
И атаковал в ответ. Целиться с плывущим и идущим мутными кругами и пятнами взором, было непросто. Но по мерцанию алого камня я понял, что все-таки вынудил мечника вновь взяться за колдовской клинок. Третья и четвертая стрела хаоса без промежутков ушли к цели, давай мне спасительные мгновения, чтобы отдышаться и прийти в себя.
За моей спиной послышался знакомый рев потока пламени. Схватка пожирателя пламени и криоматна перешла в завершающую фазу. Буба изрыгал пламя, что в свое время сумело остановить даже Шатуна, практически неуязвимого оборотня. Сейчас под поток дыхания хаоса угодила волшебница — вампир, что владела противоположной огню стихией. Но времени оборачиваться и смотреть, чем закончится их схватка не было.
Немного придя в себя, я попытался сфокусировать взгляд на своем противнике. От доспехов тьмы, что раньше покрывали фигуру мечника, словно латные доспехи, остались жалкие ошметки. Видимо одна или обе стрелы хаоса все-таки проскочили мимо его меча. Он стоял прямо напротив меня, готовясь к последнему натиску. Хищник, что поселился в моей душе вместе с даром хранителя, на недоступном разумному человеку уровне восприятия точно чувствовал, что следующая атака будет последней и отступать мой противник больше не намерен.
Я ударил первым. Огненный шар, последний в моем арсенале с ревом ушел в направлении мечника, готовый взорваться по моему приказу. Противник сорвался с места, пытаясь набрать скорость, но немного не успел. Магический удар зацепил его самым краешком, но этого оказалось достаточно, чтобы окончательно развеять доспехи тьмы. Вместе с защитным заклятьем пропала и феноменальная скорость мечника. Он все еще оставался быстрым и сильным противником, смертельно опасным даже для меня, но вот возможности нападать и отступать на десятки, а то и сотни шагов он лишился.
Поднявшись с земли, вампир пошел на меня, держа перед собой клинок в обеих руках. Я ударил стрелами хаоса, но все четыре магических снаряда были с легкостью отбиты колдовским клинком. Потеряв в скорости, мечник полностью сфокусировал свое внимание на клинке, став еще на порядок опаснее в ближнем бою. И он приближался, словно сама смерть воплотилась в материальном мире чтобы расправиться со мной.
Получив попадание в бок, я не удержал телекинез, лишившись одного из своих самых мощных козырей. Все сложные заклятья тоже кончились. Оставались лишь три сферы пламени… Я зажигал одну за другой, обращая их в копья хаоса и подвешивая их над головой. Бежать не было ни смысла, ни сил.
Мы сошлись, как и полагалось двум бойцам. Он атаковал меня прямым ударом клинка сверху, я ответил копьем хаоса и сместился влево, стараясь обойти его с фланга, сокращая дистанцию. Но мой противник заметно превосходил меня в опыте ближнего боя. Отбив копье хаоса клинком, он нанес размашистый горизонтальный удар, вынуждая меня вновь отступить. Движения клинка сливались в одну сплошную серию ударов, с каждым взмахом вынуждая меня отступать все дальше и дальше.
