— "Хозяин… я не нахожу следов животных… Как будто на эту поляну не заходит вообще ничто живое… По своей воле… Хозяин." — Осмотревшись по пути к пепелищу, я тоже не смог обнаружить ничего, что могли бы оставить после себя дикие обитатели Темнолесья. Было что-то в этом месте такое… что отпугивало от него любую живность, чьего разума или инстинктов хватало, чтобы держаться от этого места подальше.
В выжженном пятне, я с удивлением обнаружил ржавые остатки деталей, видимо когда-то были частью экипажа и еще оружие, ни разу не встречавшееся мне ранее. Длинные прямые клинки, с рукоятками словно обернутыми стальной проволокой, что формировала нечто, похожее на корзинки и еще несколько частей доспехов.
— Тут явно кого-то предали огненному погребению, Буба. И вряд ли это были те, чьи головы развешаны на кольях…
— "Да, Хозяин. Это головы сектантов, от них до сих пор едва тянет мерзким зловонием… а вот и их тела, Хозяин." — Демон движением когтистой лапы сорвал с земли пласт дерна в стороне от погребального костра, открывая дневному свету полуистлевший скелет.
— Тут была схватка, Буба. Кто-то бился с рабами Нечистого и видимо победил. Они сожгли своих погибших, развесив головы врагов… — Не успев закончить свою мысль, я схватился за голову, со стоном оседая на колени…
В глазах потемнело, словно я получил сокрушительный удар по голове. Через мгновение мир вокруг меня поплыл, меняя свои очертания, на длинный каменный коридор, погруженный во мрак. До моего слуха, донеслись первые, еще плохо понятные, но от того не менее кошмарные звуки… Скрежет металла о металл, шипение плоти, стоны боли и полные обреченности вопли отчаяния.
С той стороны, по коридору в мою сторону приближался странный, сутулый силуэт, с каждым шагом припадавший на одну ногу. Уродливый и сгорбленный старец держал перед собой бубен, ритмично ударяя в него костяшками пальцев, и распевая на ходу, слова омерзительного заговора. Поток проклятий, обращенных ко мне, и раболепных обещаний кровавых жертвоприношений для своего хозяина и повелителя, сменялся просьбами найти и покарать мерзкого мальчишку, что дерзнул встать на пути великих замыслов Нечистого.
С каждым шагом Хромца кошмарная какофония звуков, что были уместны лишь для самой темной камеры пыток, становилась все громче, заполняя окружающий меня мир, сузившийся до этого темного коридора. Вопли и стоны, хруст ломающихся костей, и мерзкий смех истязателей, глумившихся над своими беззащитными жертвами, пытались полностью поглотить мое сознание, лишить способности здраво мыслить, подавить волю к сопротивлению. Из последних сил, я поднял голову, взглянув в лицо своего врага и понял. Как только Хромец дойдет до того места, где я корчусь от боли и ужаса, моя жизнь прервется…
— Ты все-таки попался… мерзкий мальчишка… Как долго я ждал нашей встречи… — голос колдуна низкий и хрипящий словно сочился злорадством и ликованием.
— Ты не смог пройти мимо того места, где я лично пытал и убил твоего отца! Он оказался никчемным и бесполезным куском мяса…, впрочем, как и ты сам. Мой господин, Великий Нечистый, одарит меня своей силой и возвысит… Когда я преподнесу ему ваши с демоном души и твою голову на медном блюде…
Речь колдуна прервалась яркой вспышкой, что окутала меня ореолом пламени. Какофония кошмаров, наведенная колдуном, начала стремительно стихать, стены тоннеля меркли, с каждым мигом становясь прозрачнее и иллюзорнее…
Я открыл глаза, очнувшись на том месте, где меня застиг морок, сотворенный моим врагом. Бубы не было в материальном мире. Демон вернулся в печать, принимая на себя ментальный удар, защищая мой разум от действия морока. Но…
Со всех сторон на поляну выходили сектанты. Отвратительные рожи, несшие на себе следы болезней и порчи, оскаленные в хищных гримасах. Сжимая в руках корявое оружие, копья, топоры, дубины, а порою и просто кухонные ножи они окружали меня. Тишину Темнолесья разрывали гортанные выкрики вожаков, гнавших своих прихвостней на праведное дело, суливших большие награды тем, кто сумеет принести их господину мою голову. Я слышал звонкие щелчки кнутов и протяжное завывание оскверненных гончих.
Над моей головой просвистели несколько арбалетных болтов. Ощущение пролетевшей надо мной смерти, быстро привело меня в чувства, пробуждая во мне жажду битвы и праведного отмщения, тем… кто погубил мою семью.
— Место, где погиб мой отец, говоришь… — поднимаясь с земли, прорычал сквозь сжатые зубы я, поворачиваясь лицом к своим врагам. Их были сотни. Хромец собрал всех, кого смог, видимо решив поставить окончательную точку в нашей истории.
Настал момент истины, тот самый миг, когда в ход идет все, без остатка. Мое тело окружил ореол пламени хаоса, Буба отдавал мне все, что хранил в себе. Я слышал мысли демона, что жаждал крови и пламени, кровавой расправы над теми, кто посмел покуситься на жизнь и свободу хозяина.
