Внизу, в самой темноте, послышался нечеловеческий вопль. Сокол рвано выдохнул, а по спине пробежали мурашки. Новая волна страха появилась в виде кома в горле, и ему с большим трудом удалось проглотить его.
Новый крик был тише и жалобнее. Сокол испуганно посмотрел вниз, а потом наверх, где была такая же чернота. Ему потребовалось ещё время, чтобы решиться на совершенно безрассудный поступок и отправиться туда, где недавно были звуки. В нём теплилась надежда, что это был не монстр, который ждал, чтобы напасть на наивного путника, а кто-то менее безобидный.
Спустившись наконец-то после, казалось, нескончаемой лестницы на ровную поверхность, Соколу пришлось вновь себя успокаивать. Он пережил немало приключений, но задания, через которые он проходил с Орлом и командой, были не такими, как этот таинственный подвал, в котором некто кричал. Конечно, их миссии представляли опасность, однако она исходила в основном от разъярённых заказчиков, которые могли на старости лет сойти с ума. Да, они лазили по заброшенным постройкам, встречались с хищниками, но даже это было цветочками.
К тому же рядом всегда был Орёл, умеющий своим присутствием взбодрить и успокоить.
А сейчас Сокол был совсем один.
— Эй? З-здесь кт-то-то есть?
Сокол встрепенулся и опасливо повернулся на голос, звучащий вблизи крайне необычно: существо сильно заикалось, из-за чего его речь понять было довольно трудно.
— Здесь есть я, — сказал Сокол первое, что пришло на ум.
— Ох, к-как х-хорошо! — существо закопошилось. — Ум-моляю, ум-моляю на к-коленях, спасите меня, п-прошу! Я… я… я не знаю, гд-де н-нахожусь, но меня пыт-тали! П-пытали, о, меня пыт-тали!
Оно надрывно зарыдало, отчего сердце Сокола невольно сжалось. Он, протянув руку вперёд, прищурился и увидел отблеск металла.
— П-прошу вас, во имя вс-сего, с-спасите меня, умоляю! Я не остан-нусь в д-долгу, клянусь. Я с-сделаю всё, ч-что только п-попросите, т-только с-спасите!
Подойдя ещё ближе, Сокол заметил прутья, а за ними — валявшийся в самом углу скелет, привязанный цепями к рельефной каменной стене.
— Воу!
— Ч-что вы ув-видели? П-пожалуйста, не м-молчите, п-прошу, скажите хоть ч-что-нибудь! Вы м-меня спасёте?
— Что здесь происходит? — Сокол посветил в следующую камеру, однако на этот раз там валялось истерзанное тело с торчавшими наружу и изрядно подгнившими внутренностями, в которых уже поселились опарыши. — Гадость!
— Нас мор-рили гол-лодом! Г-голодом! А п-потом… потом над нами став-вили экспер-римен-нты… О Сущий, пр-рошу, помогите мне, я не х-хочу ум-мирать!
Сокол, настойчиво избавляясь от волнительных мыслей, с сумасшедшим сердцебиением подошёл к очередной камере. Он посветил свечой и увидел к своему удивлению…
— Оуви!
Птицеподобное коричневое существо зажмурилось. У него была крупная круглая голова, покрытая перьями, а лицо — в форме сердечка и намного светлее, чем остальное туловище. Его пушистая грудка с белым пятном посередине от страха быстро вздымалась, и он, боясь схлопотать, прикрыл макушку руками, на пальцах которых были поломанные чёрные ноготки.
— Никогда бы не подумал, что… — Сокол ругнулся и судорожно начал искать отмычки в сумке. — Ладно, плевать. Кто тебя поймал?
— Это был ч-человек! — дрожащим голоском сказал худой оуви, уже найдя в себе смелость понаблюдать за действиями Сокола. — Но я не уверен… он т-такой… т-такой страшный! Он в-выглядел как человек, но его с-способности… не м-могли быть ч-человеческими…
— О чём ты?
— У него была м-магия!
Сокол поперхнулся и с непониманием уставился на существо, смотревшее на него своими большими янтарными глазами.
— Магия?
— Д-да, о С-сущий, я к-клянусь в-вам!
— И…
— Я з-знаю, вы не в-верите мне, но, пож-жалуйста, д-давайте отлож-жим все воп-просы на п-потом. Я боюсь, что он в-вернётся обратно… я не хочу… не х-хочу!
— Да, конечно, — задумчиво проговорил Сокол. — Дай мне немного времени.
Поставив подсвечник неподалёку от себя, Сокол нашёл отмычки и приложил острые металлические концы к замку на прутьях. Сначала он не поддавался, и паника с каждой неудачей стремительно возрастала. Ко всему прочему, сам оуви проявлял сильное беспокойство, из-за чего Сокол с трудом мог сосредоточиться на насущном.
Но после пары грубых просьб заткнуться оуви умолк, и бывший наёмник с горем пополам и благодаря какому-то чуду свыше смог открыть неподатливый замок, заставивший его понервничать.
— Спасибо вам, о м-мой с-спаситель, с-спасибо, с-спасиб-бо!
Вышедший на свободу небольшой оуви, ростом где-то по пояс взрослому человеку, с радостным звуком прыгнул на ошарашенного Сокола и обхватил его за шею. Его крылья за спиной на секунду с трепетом раскрылись, а потом сразу же сложились. Он уткнулся своим длинным клювом-носом в щёку человека и ещё сильнее обнял его, чтобы как можно ярче выразить свою бесценную благодарность.
— Ну же, прекрати, пернатое ты недоразумение! Не до этого!
— П-прошу меня п-простить, мой с-спаситель! Я… я не х-хотел вам доставлять н-неудобства!
— Нам надо выбираться отсюда. Срочно. Если ты прав, то у нас могут возникнуть серьёзные проблемы.
