- Это солдаты из прошлого моего мира, из периода Второй Мировой войны в середине двадцатого века. Нацисты - члены определенной политической партии в Германии тех времен, исповедовавшие радикальную идеологию господства одной нации над другими. А свастика была их отличительным символом.
Разар продолжал хмуриться, обдумывая мою речь. Похоже, столь специфические понятия давались ему с трудом.
- То есть это воины из вашего прошлого, новичок? Которые подчинялись какому-то вождю и его учению о превосходстве их народа?
Кивнув, я продолжил пояснения:
- Именно так. Их партия в Германии желала установить жёсткий тоталитарный режим и господство арийской расы над остальными народами, которые считались низшими. Для этого они развязали кровавую войну на территории всей Европы и сопредельных регионов. Они хотели получить контроль над всем миром, но к счастью у них не получилось, их вовремя остановили.
Разар какое-то время молча обдумывал мои слова, а затем заключил с долей снисходительности:
- Что ж, для обычных людей их затея показалась бы безумием и выгодной лишь кучке одержимых фанатиков. Но всё же методы и идеи этих ваших... нацистов мне в целом понятны. - Он усмехнулся, ощерив клыки. - Ведь сами финексийцы тоже исповедовали принципы господства высшей расы над низшими, хотя и не столь радикально, мы больше любим брать в рабство, это выгоднее, причём намного. И кровавые войны с захватом территорий для нас были в порядке вещей, для нас это обыденность без который мы не можем жить. Так что я могу осознать логику подобных убеждений, пусть на деле они и выглядят крайне неэффективными, с моей точки зрения.
Мы помолчали, а затем Алиса добавила со смешком:
- Ну а я двоих из этой троицы нацистов уже отправила в лучший из миров при помощи моей малышки. Она с нежностью погладила ствол дробовика. - Третий сейчас валяется связанным в гараже на случай, если придётся его допросить.
Я невольно поежился, вспомнив рассказы о зверствах и преступлениях солдат Третьего Рейха, хотя основное количество зверств и военных преступлений совершили дивизии СС. Разар же, похоже, не придал особого значения участи этих попаданцев, относясь к ним как к еще одной угрозе в числе множества других на пути, но он явно ничего особенного в них не видел.
- Хорошо, что вы разобрались с ними быстро, - только и обронил он сквозь усмешку...
Я кивнул Алисе, и мы двинулись в сторону гаража. Войдя внутрь, первое, что бросилось мне в глаза - два тела в нацистской форме, лежащие бездыханно рядом друг с другом, у каждого в районе грудной клетки было видно куда прилетела дробь, стопроцентная смерть. Рядом с ними валялись два автомата MP40, отчетливо напоминавшие о жестокости прошедшей войны, одно из самых культовых видов оружия второй мировой войны, не хватало только MG 34, или дальнейших её моделей.
Я подошел ближе, внимательно разглядывая погибших солдат. Молодые парни, судя по всему, даже не успевшие как следует повоевать, недавно призванные. На их нашивках различались незнакомые большинству символы, но я сразу определил, что они относятся к фольксштурму - народному ополчению, собранному в последние месяцы войны из стариков и подростков для обороны Рейха.
- Вероятнее всего, эти двое были простыми рядовыми - произнес я вслух, обращаясь к Разару. - Не из элитных частей вроде СС, а из народного ополчения. Ну по крайней мере это я могу сказать с своими малыми знаниями в этой области.
Финексиец бросил на меня вопросительный взгляд:
- Что такое эти... СС? - поинтересовался он, озадаченно хмуря лоб.
Мне пришлось вновь углубиться в пояснения тонкостей нацистской иерархии и структуры, все еще плохо понятных моему товарищу с другой планеты, но кажется ему и вправду надо было это объяснять, ему кажется было интересно.
Разар кивал, впитывая информацию, пока я описывал роль элитных частей СС, ставших олицетворением преступлений режима против человечности. Похоже, идеи о превосходстве одной расы над другими все же находили некоторый отклик в его первобытном финексийском сознании, даже кажется ему это казалось родным, что ли.
Алиса же молча указала на третье тело, связанное по рукам и ногам и брошенное в углу гаража. Подойдя ближе, я убедился, что тот самый "допросный" пленник и впрямь принадлежал к тем же нацистским войскам - только его форма была уже стандартной, как фильмах серая, да и похоже офицерская, с плащом, у него даже крест был, который вроде давался за доблесть, честно не помню, у немецких вооруженных сил на сколько мне позволяют знания, было несколько наградных крестов.
Я всмотрелся в лицо связанного нацистского офицера. Он был без сознания, видимо, Алиса здорово приложила его прикладом. Однако по виду ему было лет 20, не больше - довольно молодой для столь высокого звания.
Я внимательно изучал лицо молодого нацистского офицера, связанного и брошенного в углу гаража. Несмотря на юный возраст, в его чертах угадывалась суровость и решимость военного человека. Он все еще оставался без сознания после удара Алисы.
