— Ты же мне не дала заняться сборами, — пожимаю плечами. — Пришлось его отправить за документами на яхту.
— На какую яхту? — спрашивает Олинка подозрительно.
— Ну как, — теряюсь, — плывём же.
— Я думала, ты с нами! — огорошена бедняжка.
— На барке?
— Да какой барк, папа корабль зафрахтовал большой, со множеством кают, многие с нами плывут, и для тебя оставили!
— Я же не знала… — пожимаю плечами.
— Как же… мы же говорили… Отмени! — требует.
— Да зачем, — лепечу, — я буду рядом плыть, к вам в гости перелетать… Мне так неудобно вас стеснять, что ж вы всё за меня делаете…
Продолжаю в том же духе, пока Олина не теряет нить разговора, нервно оглядываясь.
— Не боишься его одного отпускать? — спрашивает без переходов.
— А что? — возмущаюсь. — Никто же не должен тронуть!
— Да я не о том, — отмахивается. — Конечно, не тронут, чужого-то раба. Пусть только посмеют. Ты же его историю читала? Он же отовсюду сбежать пытался.
— С Тарина? — удивляюсь. — Через стены? Это же невозможно.
— Ну да, наверное, — разочарованно тянет Олинка. Чёрт, боюсь, не поедет ли она тихонько за ним, хватаю за руку. Забираю цепь от раба, вручаю ему самому, пока Олинка не опомнилась.
— Жди нас здесь, — приказываю рабу, а Олинку отвожу к лестнице. Далеко не поднимаюсь, сверху слышится пыхтение Селия, похоже, даже не счёл нужным попросить воспользоваться спальней. Не имею никакого желания на это смотреть, но Олинку нужно отвлечь. Да и мысль у меня была по её поводу…
Усаживаю рядом с собой на лестницу, оглядываюсь — вроде никого поблизости.
— Послушай, — шепчу. Ох, лучше бы мне не начинать первой такой разговор. Но Олинка, кажется, и сама о том же думает — сообщает вдруг:
— Слушай, я после нашего с тобой разговора у Амиры не могла успокоиться…
— И что? — говорю.
— А ты? — спрашивает.
— Я раз попробовала… — шепчу. — Сказала Антеру, что мы на часок ролями поменяемся… Но он всё равно боится…
— И я попробовала, — говорит. — Ох я им потом и устроила…
Улыбка мечтательная.
— Но это же не то, — шепчу. — Не по-настоящему. Всё равно не понять, что они там чувствуют.
— Да… — облизывает губы. — Да…
— Даже не знаю, что придумать… — говорю печально. Олинка вздыхает рядом. Так, ладно, пусть размышляет, нужно перевести разговор. Про гиперболоид, что ли, ещё раз спросить?
— Слушай, — говорю, — а там у Амиры озеро такое странное…
— Озеро? — смотрит с недоумением, мол, что это меня всякая дурь волнует.
— Ну… — говорю, — мы там с Климом гуляли. Я всё думала поцеловать его, но как-то не могла себя перебороть…
— Понимаю, — соглашается брезгливо, — Клим такой пресный, что его и целовать не хочется.
Оглядывается в поисках своего очередного красавчика-раба, вижу, как рука тянется к пульту, перехватываю невзначай.
— В общем, мы смотрели на фейерверк, — рассказываю воодушевлённо, хотя Олинке это совсем не интересно. — А внизу, в озере, там что-то такое плавало… странное… Слушай, может, у неё там какая-нибудь… ну не знаю… подводная лодка хранится?
Кажется, я уже полный бред несу, даже Олинка смотрит на меня как на ненормальную.
— Ну ты думаешь вообще, Лита? Какая лодка в озере?
— Может там тоннель какой-нибудь подземный… в море…
— Да какой тоннель?!
— Там что-то такое блестело…
— А вода морская? — у Олинки вдруг становится заинтересованным лицо. Чёрт, нужно мне сворачивать расспросы. Пожимаю плечами:
— А какая разница?
— Солёная лучше проводит… А что ты там видела?
— Если бы я знала, я бы тебя не спрашивала! Ты что, ни разу там не гуляла?
— Да к Амире попасть — знаешь, какая редкость? Когда бы я там гуляла, я за всю жизнь может раза три у неё и была. Не гиперболоид случайно?
Стараюсь не выдать волнения, пожимаю плечами:
— Да говорю же, не поняла я, что это было. Блестело что-то… А если гиперболоид — то что?
— Просто никого же… — начинает, обрывает себя, облизывает губы.
— Что "никого"? — поощряю.
— Не было никого подозрительного, — говорит неохотно. — А чего ты у Амиры не спросишь?
— Так она Антера сразу назад требует. А кто мог быть подозрительный?
— Сначала мне! — возмущается Олинка, и наш разговор выруливает на обычную колею. Несколько секунд размышляю, имеет ли смысл попытаться продолжить расспросы, но решаю — не нужно. Олинка и без того вспомнила, что теперь есть чем меня дразнить, делаю вид, будто мне безразлично.
— Да где же твой Антер! — Олинка всё-таки внезапно нажимает на пульт, снизу раздаётся крик.
— Слушай… — говорю, — чего ты так много народу навела?
— Раб, иди сюда! — зовёт вниз. Потом ко мне поворачивается: — Ну все, кто согласились.
— У меня же домик маленький, развалят.
— М-да, я не подумала как-то… Зато еду заказала! — сообщает гордо.
— Мои роботы уже с ног сбились всё это сортировать и всех обносить, — ворчу.
— У них нет ног, — изрекает гениальное наблюдение Олинка. — Надо рабов организовать, чтоб помогли.
— Лучше помоги мне всех отсюда увести куда-нибудь, а? — прошу.
— Ладно, — соглашается. — Дождёмся Антера и помогу.
Вот поганка, довольна собой. Раб приближается, подхватываюсь, не хочу этого видеть.
— Ладно, — говорю, — побегу других гостей обойду, сейчас вернусь.
Антер
