— Вы простите мою дочку, — выдавливает с ненатуральной улыбкой. — Эти подростки всегда считают, что могут всё сделать лучше и быстрее… Не обижайтесь, что бы она ни сказала. Давайте договоримся полюбовно.
Я бы с удовольствием… Но приходится пожать плечами:
— Можете оставить свои контакты, если передумаю — извещу.
— Девушка, за эти деньги вы купите себе… не знаю расценок, но думаю, хоть целый бордель.
— А мне Антер нравится, — сообщаю. — И я не планирую его никому отдавать, а даже если бы и планировала, у меня уже несколько желающих на очереди. Всего доброго.
— Девушка! Назовите свою цену, которая перекроет очередь? — останавливает.
— Боюсь, это невозможно. Меня ваше предложение не интересует.
Надо бы осадить, что он разговаривает с госпожой из дома "Меченосца", только у меня язык не поворачивается.
— Я же хотел по-хорошему, — желваки сердито ходят на щеках, мне его даже жаль. Я бы на его месте тоже с ума сходила от ситуации, безысходности и вопящей совести. Прости, ничем не могу помочь. Ощущаю себя последней тварью. Прости, Антер…
— До свидания, — говорю, но он снова останавливает:
— Мне придётся вызывать вас в Галактический суд, за то, что держите в рабах бывшего вольного!
— Не хочу разочаровывать, но я далеко не шесть лет была его хозяйкой, и все документы у меня в порядке. Ни один суд…
— Суд будет на стороне бывшего вольного и обяжет вас продать его род…
— Чтож, до встречи в суде, — пожимаю плечами.
— Ах ты сука! — не выдерживает. — Я тебе такую жизнь устрою, пожалеешь, мразь похотливая…
Не слушаю, выключаю. Этого ещё не хватало. Кажется, кто-то всё это время сведения о Тарине собирал, и ничего хорошего не нашёл.
Господи, ведь когда-нибудь я могла бы с ними нормально познакомиться, как… ну если не девушка Антера, то хотя бы просто хорошая знакомая! А теперь они меня все возненавидят, его ко мне не отпустят, даже если решится прилететь…
Не о том думаешь, агент Там, ты лучше посоветуйся с конторой, переменить ли комм-номер. На него столько всего завязано. Нужно будет Райтеру выговор сделать, обещал же… впрочем, обещал только вчера. Не за что тут выговаривать.
Не успеваю обдумать мысль, как раздаётся ещё один сигнал. Странный такой… Келла!
Начинаю здороваться почтительно, перебивает ледяным тоном:
— Это что такое было, госпожа Станянская?
— Что? — не понимаю, хотя, конечно, всё мне ясно. Бросает на меня один из своих сверлящих взглядов, снисходит до ответа:
— Я говорю о звонке с Теллуса. Каким образом там узнали местопребывание вашего раба?
— Не знаю… — сокрушённо пожимаю плечами. — Если они его долго искали, возможно… нашли какую-то зацепку, он же недавно на Тарине.
Что-то у меня начинают руки леденеть. Вот теперь аристократки точно могут решить, что Антер опасен. Хотя, наши же какие-то каналы по продаже рабов перекрыли, значит, данные могли попасть и в официальные источники, к которым есть доступ у Клода. Уж они-то здесь должны знать, что с поставками возникли проблемы.
— Впрочем, отследить вас по Галактической базе несложно, — отвечает сама себе. — Вы же не местная. И раб в вашем имуществе прописан. Очень надеюсь, вы понимаете, что ни в коем случае нельзя его продавать?
— Что вы, я и не планировала!
— И смените номер сетевика. Я позабочусь о том, чтобы вам полностью поменяли весь диапазон комм-номеров сети.
Да уж, с конторой можно не советоваться, придётся только поставить в известность. Но Келле отказать невозможно, конечно, радостно соглашаюсь, заверяю во всём, в чём только могу. Если ты не знаешь, что это Антер первый позвонил, я счастлива!
Интересно, ты в курсе о звонке доченьки? Может, узнала, что был такой контакт, и с тех пор внешние линии контролируешь? За внутренние я почти уверена… насколько это возможно.
— А лучше всё-таки продать. Хотите, я у вас выкуплю.
— Нет-нет, — говорю, — пока не могу, он же мне в терапии помогает! А то снова всё сначала придётся…
— Ну раз помогает… — тянет недоверчиво, однако не настаивает. Да уж, они тут, похоже, вообще с трудом представляют себе все тонкости психологической терапии. Зато самим очень пригодилось бы полечиться, причём поголовно!
Прощаемся, изображение исчезает. Смотрю на Антера, хочу поговорить, пожалуйста, родной, возьми себя в руки, скоро выпровожу этих буйных, а сейчас мне тоже придётся брать себя в руки и исполнять ненавистные роли.
Делает несколько шагов ко мне, ничего не могу понять по лицу. Подхожу, порывисто обнимаю, не знаю, что сказать. Тоже молчит, тоже, наверное, не знает. Ощущаю руки на своей спине, Антер, наконец-то!
— Хочешь, чтобы я приняла его предложение? — шепчу.
— Нет, — едва слышно выдыхает.
— Это может быть шанс, — шепчу. — Если организовать всё разумно, с различными СМИ… Возможно, тогда тебя просто не посмеют задержать.
— Не надо СМИ… — просит.
— Глупости! — продолжаю шёпотом, боюсь, что Олинка всё же может подслушивать. — Важно, как преподнести. Можно сделать из тебя героя, тогда от невест не отобьёшься! — смеюсь.
Антер
Мне только одна нужна. Хочу сказать, но заставляю себя заткнуться. И без того уже утром наболтал лишнего.
— Да какой из меня герой, — хмыкаю.
