Улыбка же его стала только шире.
Мой спутник, в свою очередь, остался по-прежнему невозмутим.
- Видите ли, - вежливо произнес он, - мы настроены решительно.
- Ну, напугал! - нагло ощерился Полидори.
- Где ваша хозяйка?
- Хозяйка? - вдруг расхохотался Полидори. Плечи его опустились, и он качал потирать руки, словно моя их в пене услужливости. - Моя хозяйка, простонал он. - Ах, моя прекрасная хозяйка, которую жаждет завалить весь мир! - Он вдруг выпрямился. - Понятия не имею, о чем вы!
- Кто бы и где бы она ни была, вы это знаете! - проговорил Элиот.
- Ну так расскажите мне!
- Вы заманили двух моих друзей, вы знаете, о ком я говорю, в этот притон порока. Вам нужно было сломить их и вызнать секреты дипломатической работы. Но вам-то, в конце концов, какой интерес с этого? Никакого. Поэтому, благодаря логической дедукции, становится ясно, что вы работаете на человека, которого интересует парламентский законопроект.
- Ах, доктор Элиот, доктор Элиот, - провыл Полидори, - вы такой ужасно умный!
Он выплюнул последние слова и кинулся вперед, но Элиот упреждающе крикнул, и не успел Полидори схватить меня, как я перехватил его руки. Полидори замер с презрительной ухмылкой на губах.
- Сейчас у меня нет желания продолжать этот неприятный разговор, терпеливо промолвил Элиот. - Мне неинтересно выслеживать вашу... как назвать ее... хозяйку?.. сообщницу? Просто скажите мне, где вы держите Моуберли и оставим друг друга в покое.
- О, вы исключительно внимательны!
- Предупреждаю, иначе я обращусь в Скотланд-Ярд.
- Что? - ухмыльнулся Полидори. - И испортите репутацию благородного министра?
- Предпочел бы не делать этого,. - ответил Элиот, - но что бы он там не испортил себе, я должен по меньшей мере сохранить ему жизнь.
- Ему ничего не грозит.
- Так вы признаете, что он здесь?
- Нет. - Полидори помедлил, вновь скаля зубы в улыбке. - Но был, доктор Элиот.
Он слегка отступил, не сводя с нас глаз, и поднял руки. Не оборачиваясь, он передал трубку старухе-малайке, та зажгла ее, и Полидори, всунув чубук меж губ, три или четыре раза вдохнул дым, блаженно закрывая глаза.
- Ах, хорошо, - пробормотал он, - ах, как замечательно... К нам сюда издалека приезжают. - Глаза его вдруг открылись. - Приезжают, доктор Элиот... Поверьте мне, приезжают!
Он улыбнулся, и губы его окутала желтая пленка слюны. Он слизнул ее, и глаза, казавшиеся затуманенными, снова стали холодными и пронзительными.
- Вы очень умны, доктор Элиот. Но никакого заговора нет. Людям нужен опиум... даже министрам правительства.
- Нет, - качнул головой Элиот. - Вы заманили его сюда.
- Заманил? - Полидори откинулся в кресле. Глаза его опять заволокло туманом. - Заманил, заманил, заманил! Мне нужны богатые люди, - засмеялся он, - люди со средствами... джентльмены из Вест-Энда. - Смех его перерос в поток резкого, высокого хихиканья. - Ну-да, я заманил их, доктор Элиот. Он повторил эту фразу, медленно наклонился и принялся покачивать трясущимся пальцем перед лицом моего спутника. - Но если они попробовали наркотиков... если они попробовали... то пусть сами за себя отвечают...
Глаза его, преисполненные наставительной торжественности, потухли, и он в который раз разразился переливчатым хихиканьем. Элиот несколько отвлеченно наблюдал за ним.
- Взгляните, - заметил он, - как деревенеют мускулы у него на щеках. Явное свидетельство ступора, в который он погружается. - Он оглядел комнату. - Все может оказаться легче, чем я отваживался надеяться, - сказал он и стал осматривать тела лежащих в притоне, но быстро нахмурился и, повернувшись ко мне, помотал головой.
- Он, наверное, у раджи, - высказал я предположение.
- Кто?
Я в изумлении уставился на него:
- Сэр Джордж, кто ж еще! Разве мы не его ищем?
- Ну, конечно, - ответил он, отворачиваясь.
Я рассердился на эту внезапную резкость.
- Я, может, очень глуп, - буркнул я, - но не вижу, почему вы так насмешливо относитесь к моему предположению.
- Извините, Стокер, если обидел вас. Но ваше предложение все же смешно, и у нас нет времени обсуждать его. И все-таки, - его глаза сузились, и голос стал тише, - все-таки направление ваших рассуждений, может быть, не столь глупо, как показалось вначале. Нет...
Он энергично подошел к стене и двинулся вдоль нее, нажимая на камни.
- Что вы делаете? - спросил я.
- У раджи, вы говорите? - хмыкнул он. - Я засмеялся, потому что никакого раджи не существует...
- Что?! - вскричал я.
- Раджи не существует... Но есть королева... Стала бы она жить в таком бардаке?
Он сделал какой-то жест, и взгляд его упал на жаровню в углу комнаты. Он сразу подошел к ней и, сдвинув в сторону, ударил по стене за нею. И только он сделал это, как старая карга, сидевшая уставившись на угольки, подняла голову и пронзительно закричала. Вцепившись в пальто Элиота, она в страхе что-то забормотала. Я попытался ее успокоить, но старческие пальцы отказывались разжиматься. Она смотрела на стену, словно оттуда исходила какая-то угроза, а Элиот сдирал грязные, прокопченные тряпки, за которыми оказалась грубая деревянная дверь.
