Стас стал частым гостем в доме Туза, или отца, как называли его охранники и некоторые — за глаза. Голову кружило обилие легкодоступных баб только вернувшемуся с последнего контракта Стасу. На контрактах к доступным женщинам он относился с опаской, к недоступным не лез, тем более, срывать лавры любвеобильного и ветреного Пули ему не хотелось, поэтому подобное знакомство было для Стас как манна небесная. Набарагозил он тут в давнишние годы, да так, что иногда вспоминалось — и самому не верилось, и становилось местами стыдно за себя прежнего.
А потом все приелось, и Стас, вместо того, чтобы выпивать и тусоваться с модельками в бассейне, начал просиживать подолгу рядом с Тузом, несколько отстраненно, как и он, наблюдая за происходящим.
Сегодня Туз сидел не на возвышении недалеко от бассейна, а в цветнике, и вдыхал аромат роз, растущих у него круглый год. Его настоящее местоположение было неудивительным: в комнате почти никого не было. Несколько девушек заканчивали наводить красоту у бассейна, а из гостей еще, видимо, никто не встал.
— Давно не был, мой мальчик, — Туз, как всегда, был в строгом костюме. Аккуратно подстриженные височки — Туз мог похвастаться седовласой шевелюрой, не тронутой лысиной — острый, принизывающий насквозь взгляд. Но Стаса взгляд не смутил. Он широко улыбнулся и положил на столик коробку сигар.
— Привет, Алексей Георгиевич. Рад видеть. Сто лет не был.
— Балуешь старика, — ухмыльнулся совершенно не нуждающийся в подобных подарках Туз, — ну здравствуй, тоже рад тебя видеть. Что нового? — вновь пронизывающий, как рентген, взгляд.
— Да все по-старому…Дела идут понемножку…
Туз наклонил стебель одной из роз, вдохнул аромат цветка. Блаженно закрыл глаза.
— Слыхал я, терки у тебя с Рамзаном?
Скрыть что-то от Туза было невозможно.
— Да какие терки, — махнул рукой Стас, — Алиска ушла от меня к нему. Отпустил ее, вот и все…
Туз знал Алису лично. Именно у него познакомилась она со Стасом.
— Верно. Туда их, негодных шалав. Слыхал я, ей невесело с Рамзанчиком живется. Хулиганит он, надо полагать. Значит, за другой девушкой приехал, — понимающе улыбнулся Туз, — изволь. Сам же знаешь: сводничать — мое излюбленное занятие… пойдем, — Туз встал с резной скамейки. Стас молча пошел следом.
На возвышении, неприкосновенном месте Туза, они сели за небольшой столик.
— Вот, посмотри, — начал Туз деловито, — в синем купальнике — Жанна. Ох и девка, как говорят! Сиськи, правда, силикон, ну да ладно. Тебе-то, поди, экзотика. А вон — блондинка Машенька. Сла-адкая девочка! Сам я немного того…дышу к ней часто-часто.
— Так в чем проблема, Алексей Георгиевич?
— Ан, Стасик, дружок… скучны мне эти бабы. Держу вот, для декору, спонсирую. Сам знаешь. Они у меня как сыр в масле. Ты приглядись. Найдем мы тебе девку почище Алиски… — у Туза уже глаза блестели, дай только посводничать.
Стас внимательно посмотрел туда, куда указывал ему старик… и понял, что ни до Жанны, ни до Маши ему нет никакого дела.
— Я…я тут сам женщину встретил, — потупившись, тихо сказал Стас. Иначе хлопотам старика по поиску любовницы для Стаса не будет предела.
— Да? — Туз не спеша начал раскуривать сигару, — Говори, мой мальчик, говори. Я с удовольствием послушаю. Кто она?
Стас замялся. Как рассказать-то?
Старик прищурился.
— Кем работает?
— Она учительница.
Туз многозначительно поднял брови.
— Преподает русский в школе, — Стас потупился еще больше.
Туз издал незабываемый звук «п-п», который так царственно получался только у него, и дым от сигары устремился в разные стороны.
Некоторое время он не говорил ни слова, лишь задумчиво курил.
— Ясно, — наконец сказал Туз, и Стас понял, что тема закрыта. И что ему не добиться от Туза жестокого порицания за Веронику, на которое он так надеялся.
Надеялся хоть немного остыть от неизвестного жара во всем теле и избавиться от навязчивых мыслей.
В огромный зал тем временем зашли несколько гостей в плавках, включили музыку. Они радостно приветствовали девушек в бикини, гладили их, громко предлагая массаж и водные процедуры. Стас поморщился.
— А ведь когда-то ты был именно таким, мой мальчик, — ласково заметил Туз.
— Это после армейки. Сейчас — нет. И даже не хочется. И вроде и бабы красивые, а что-то…не то…
— Умнеешь, Стас. Сказал бы — стареешь, да не скажу. Ты ж видел, много у меня моего возраста в бассейне перекупалось, и не только… Набираешься мудрости. Хвалю. Беседовать с тобой я обожаю. А теперь развлеки меня рассказом о своей учительнице. Я давно о таких ничего не слышал.
Итак, я собираюсь на настоящее. э-э… свидание со Стасом. Даже странно для меня соединить эти слова — Стас и настоящее свидание.
Жужик скачет вокруг, намереваясь опять испортить очередные колготки, но мы, наученные не скажу каким опытом, сегодня к Стасу пойдем в джинсах. Чтобы диалог наш все-таки получился.
— Вот так вот, спасай бездомных псов, — ворчливо говорю я попрыгушке Жужику, — а они тебе потом всю жизнь переменят и карму индийскую перетрясут.
Кто, скажите мне, испортил приличные колготки? Жужик.
