— Вот эта, сестра барона Джейза, подошла бы, — сказала Рагна. — Умная, спокойная… Жизненный опыт богатый. Красивая, если похудеет. Но этому легко помочь моим искусством.
— Старовата.
— Я бы омолодила. У нее нет Ядра, но десять-двадцать лет сбросить, если первый раз, даже обычному человеку можно.
— А она родить-то сможет после твоего омоложения?
— … Не знаю. Смотреть надо. Так сразу по одному виду не скажешь.
— Нужны дети, — решительно сказала Ханна. — Мы бы с тобой и с улицы кого взяли, да? Я знаю, ты думала. Но Андрею это не годится. Он-то своих может завести.
— Может, и годится, — раздумчиво произнесла Рагна. — У него очень большое сердце. Но… я бы хотела поглядеть на его ребенка. Представляешь, мальчик с его глазами?
— Да и девочка.
— И девочка…
Они обе синхронно вздохнули.
Я же лежал, затаив дыхание, одновременно чувствуя сильную душевную боль за них обеих, не желая подслушивать — и боясь спугнуть.
— Может, ты и права насчет опытной женщины, — наконец сказала Ханна. — Но я бы лучше, знаешь, наоборот. Совсем юную девочку. Чтобы под себя воспитать. Опять же, мужчинам важно, когда девственница.
— Не думаю, что Андрей принимает это в расчет, — довольно холодно проговорила Рагна.
— Ого! Неужели?.. Я никогда не спрашивала, но… слушай, ты что… того? Никогда?
— Да нет, было у меня, конечно, — с досадой произнесла Рагна. — Правда, лучше бы не было. На самом деле очень сейчас жалею. В Академии это случилось. Я — для эксперимента, а он вообще на слабо: мол, струсишь с девушкой-некромантом или нет! Очень неудачный эксперимент вышел. Потом так и не собралась с духом еще раз с кем-нибудь попробовать.
— У меня тоже… особо приличных воспоминаний нет, — сказала Ханна. — То есть ничего так, но я в основном с такими же как я — наемниками да рыцарями. После боя, напряжение снять. Перед боем, чтобы не бояться. И не каждый раз, понятное дело, а так… редко очень, в особых случаях. Может, пять-шесть раз всего за всю жизнь. Когда такое, что вот помирать уже. Там не до изысков всяких. Если бы не Андрей, я бы и не знала, что бывает иначе!
— Спасибо, что показала мне ваши сны, — проговорила Рагна мягким тоном. — Я знаю, тебе было очень неловко. Но… спасибо.
— Не за что… — пробурчала Ханна.
Мне тоже было неловко — но одновременно я почувствовал облегчение. Во-первых, что между сестрами нет ревности; а во-вторых, что Рагна хоть так, хоть дважды опосредованно, через память Ханны о «бархатных снах», почувствовала, что значит быть любимой!
— Ладно, я думаю, пятую жену Андрей найдет сам, — проговорила Рагна наконец после паузы. — Постараемся исключить ситуацию, когда пятый брак придется использовать в бою. Я бы все-таки хотела, чтобы он и для себя что-то получил. Не только для дела.
— Я тоже! — вздохнула Ханна. — Нашел бы милую чадолюбивую девушку, которая хорошо готовит и умеет вести домашнее хозяйство!
— Не боишься, что Андрей ее полюбит больше, чем тебя?
— Наоборот, надеюсь. Как будто ты нет.
Тихий, еле слышный шепот Рагны:
— Да. Я тоже.
Мне бы встать, подойти к ним, сказать, что я в жизни не полюблю никого сильнее — но я никак не мог решить, можно ли мне вторгаться в этот момент между сестрами, нужно ли показать, что я слышу их разговоры и их добросердечные интриги меня абсолютно не впечатляют, но я безумно им благодарен за такую заботу о моих интересах? Или притвориться, будто я ничего не слышал, будет мудрее?
В общем, пока я это решал, сам не заметил, как заснул заново.
День решающего сражения наступил без особых фанфар — но оказался, вопреки устоявшейся погоде, солнечным и даже почти теплым. И очень хорошо, а то задолбало уже просить Колина высушить одежду! Да и согреваться о Ночку было хоть и приятно, но не совсем удобно.
Собственно, план решающей битвы с Темным властелином был прост как мычание. Нам повезло в том плане, что основные силы орков под командованием темной эльфийки как раз сейчас кошмарили северные пустоши… То есть нам повезло, а северным пустошам — не очень. Люди там все-таки жили, и я содрогался при мысли о том, через что они сейчас проходят! Деревня Минхей, через которую барон Окк провез нас, как и обещал, произвела на меня сильное впечатление. Впрочем, лишний раз я ее описывать не буду. Если вы читали хоть что-то из истории Великой Отечественной, то просто представьте себе белорусское село после прохода немцев. Только вместо виселиц — колья, а вместо пулеметного огня — несовместимые с жизнью ожоги.
Я еще спросил Колина:
— Что, эта эльфийка — маг огня?
Он покачал головой.
— Скорее всего, маг воздуха. Смотри, это какая-то зажигательная смесь, судя по следам, ее просто распыляли… Да, и вот следы разрушения от урагана. Так, погоди, я отбегу блевану.
Тогда же я своими глазами увидел, чем жестокость эльфийки отличается от жестокости орков. Орки традиционно щадили матерей с грудными младенцами и совсем маленьких детей, если те не брали оружие и не попадались под горячую руку. Эльфийка — нет.
