Обалдеть, – донёсся с пола голос Джо. – Комфортная у нас гробница…
Я предусмотрительный человек. – Хозяин произвёл какие-то манипуляции с пультом, издал какой-то хмык, по-видимому, долженствующий означать удовлетворение; опять пошевелил пальцами в сенсорной зоне пульта и, когда по дисплею побежали вертикальные цепочки циферок, внимательно их изучил. После чего хмыкнул погромче, завершил сеанс коммуникации, вернул консоль с пультом и дисплеем обратно в толщу стены…
Итак, леди и джентльмены, – повернулся он к трём парам ожидающих объяснений глаз. – Наш рейс отправляется через шесть часов. Корабль на подходе, тормозит, остановится и возьмёт нас в расчётной точке, по плану…
Был план? – спросила Эллен сверху, из узкой ниши между полкой и потолком.
И не один. По моему глубокому убеждению, неоднократно подтверждённому жизненным опытом, планирование на основе предварительного просчёта вариантов будущего является основным фактором сохранения свободы независимого передвижения. Которая, в свою очередь, является фундаментом свободы как философского понятия. Непредусмотрительность способствует потере упомянутой свободы, а то и жизни.
Везёт мне в этом путешествии. Что ни мужчина, то философ, – философски заметила Эли.
Повторюсь. Звездолёт примет нас на борт в расчётной точке, по плану. Сейчас, по плану же, нам необходимо начать подготовку к предстоящему проходу. – Ошима-сан после бегства с Арлингтона стал несравнимо разговорчивее; будто его язык развязался вдали от бывшей вотчины. – Выйти нам предстоит в отсеке, не оборудованном системой жизнеобеспечения кислорододышащих организмов…
Извиняюсь, что перебил, – встрял Джо (телохранитель уже встал с пола и подпирал макушкой нависающий потолок кабины объёмом тридцать два кубометра), – но мне очень хочется знать, в какой из стенок встроен потайной шкафчик со скафандрами.
– А мне очень хочется знать, сколько их. Потому что если их меньше четырёх… – Эли сверлила Такеши Ошиму горящим взглядом из глубины своей ниши.
Напряжённая пауза повисла в спёртой (рециркулятор едва справлялся с очисткой воздуха объёма, не предусмотренного для четверых) атмосфере «параллелепипеда» ЗхЗх2 метра капсулы.
Ни одного, – спокойно ответил Ошима. – Они нам не понадобятся.
Хочется верить, что я способен выжить в вакууме или в ядовитом газе, – проворчал Макс. – Нет, я, конечно, свято верю в то, что человек способен привыкнуть к любой дерьмовой среде обитания, в которую его засунет судьба, но для выработки привычки надо хоть какое-то время в запасе поиметь…
О, времени у нас предостаточно, – Ошима ничуть не смутился, – почти четверть суток до подхода корабля к пункту схождения. Вполне достаточно, чтобы сказалось действие катализатора жизни.
Трое «слушателей» даже не сочли целесообразным тратить слова на вопрос. Даже Макс. Исполненная ожидания, воцарившаяся тишина ВОПРОШАЛА лучше любой словесной конструкции.
– У меня припасены исключительно полезные… э-э, пилюльки, – насладившись всеобщим вниманием, сообщил хозяин. – Их воздействие сродни проецированию фальш-личин, но изменениям подвергается не только внешний «покров» организма. На какое-то время, по заданным параметрам, трансформируется весь организм. Биологически наши тела перестанут… э-э, быть человеческими. Следовательно, приобретут свойства, не присущие организмам биовида хомо сапиенс са-пиенс. Те самые, для компенсации отсутствия коих надобятся скафандры, дыхательные маски, защитные костюмы и тому подобные искусственные средства. Замечу между строк, приём подобных препаратов весьма эффективен при занятиях тем экстремальным родом деятельности, который я избрал много лет назад. Например, позволяет транспортировать живых людей в реакторных отсеках, куда ни одной таможне в здравом уме заглянуть не захочется.
Привносимые изменения НАСТОЛЬКО существенны? – Эли даже выскользнула из своей «норы» и спустилась на пол, настолько интересная тема в разговоре возникла.
А где такие продаются? – жадно спросил Макс, сместившись на нижней «полке» койки; так он освободил место для Эли (чтобы нашлось местечко для размещения кого-то, кому-то необходимо потесниться). – Или вы хотите сказать, что…
Не хочу, но скажу. – Ошима-сан сокрушённо покачал головой. – Да, прототип мне подарила Инх.
«Его Проводница, вдруг кто не понял», – подумал Макс.
На лице Джо ничего не изменилось, ни одна мышца не дёрнулась, но глаза красноречиво вопрошали: «Какие ещё у Избранных кукиши в карманах спрятаны?»
Вы же не примете без объяснений, а нам предстоит путь до пункта назначения в исключительно недружелюбной для биоличин земного человека среде.
Хорошо, – сказала Эли, успокаивающе положив ладонь на плечо Макса, – на корабль мы шагнули и попали. В грузовой отсек какой-нибудь. Но почему бы нам не провести дальнейший отрезок пути в жилых отсеках?
Это ничего не изменит. Кстати, я не говорил, что муль-типорт на корабле расположен в грузовом отсеке. Это вы соизволили домыслить.
Автоматический челнок… – понимающе кивнул Джо.
