Рабыня демонов в академии магии полностью

Равендорф кивнул.

— Нужно время. Позже я научу тебя пользоваться его силой.

Разрушая очарование момента, у ног застонал парализованный Джейсон. И сразу вслед за этим раздался голос Дэмиана:

— Это что же: наша селючка и вправду, — анхелос?! Ну, обалдеть!

Тася вздрогнула и попятилась, инстинктивно пытаясь спрятаться за Равендорфа. Тот охотно принял роль защитника, шагнул к краю помоста и, скептически прищурившись, уставился на демона.

— У меня для вас плохие новости, юноша. Она не ваша.

— Еще как наша! — отозвался Раум. — У нас контракт.

Пока Тася разговаривала с Равендорфом, все три демона подошли к самому подножию помоста и встали, пожирая девушку голодными взглядами.

— Поскольку Таисия Блэквуд не является человеком ваш контракт с юридической точки зрения ничтожен, — невозмутимо объявил профессор. — Более того, указ императора запрещает склонять светоносных к насильственной близости или подписанию рабских контрактов, — он обернулся к Тасе. — Ты вправе подать на них в суд. Размер компенсации будет очень большим.

Она замотала головой.

— Не надо! Я не хочу!

Он серьезно про суд?! Открытые заседания, на которых события этих трех месяцев будут обсуждать и полоскать. Чужие, посторонние люди и нелюди узнают, что демоны делали с Тасей, будут выяснять подробности, стараясь оценить нанесенный моральный ущерб.

Ужас и мерзость! Ни за что!

Профессор пожал плечами:

— Я тоже считаю, что это излишне.

— На ней печать договора, — глухо проговорил Армеллин. Единственный из трех демонов он упорно смотрел не на Тасю, а себе под ноги.

— Таисия, покажи печать.

Тася торопливо закатала рукав. Там, где раньше находилась змея, теперь была чистая кожа.

— Но как? — она подняла вопросительный взгляд на мужчину.

Все это походило на сон. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

— А вот так. В глазах закона договор ничтожен. Будь твой анам при тебе, печать бы даже не появилась.

— Но она же наша… моя. Селючка, ты нужна мне! — с детским негодованием возмутился Дэмиан.

Раум подобрался, впился в Тасю взглядом и нервно улыбнулся:

— Детка, разве все было так плохо? Я же заботился о тебе. И ты получала удовольствие!

Только младший ди Небирос продолжал упорно отводить взгляд, молчать и сжимать кулаки. Костяшки его пальцев побелели.

Равендорф опустил руку Тасе на плечо.

— Рабский контракт — гнусная вещь, молодые люди. Но рабский контракт с анхелос всегда обращается против демона. В ближайшие месяцы вам будет нелегко, но не советую преследовать девушку. Политика императора в отношении охраны выживших светоносных очень жесткая. Даже ваш статус не спасет вас.

— А если она сама захочет остаться с кем-то из нас? — тихо спросил Армеллин.

— Если сама, тогда конечно.

— Селючка, ты слышала?! — в голосе Дэмиана зазвучала радость. — Помнишь, ты обещала, что будешь моей.

— Детка? — неуверенность не шла Рауму. Лишала шарма и блеска, делала жалким.

Армеллин вскинул голову. На мгновение Тася встретилась с ним глазами. Губы демона беззвучно шевельнулись, прошептав ее имя.

А потом он отвернулся.

Профессор испытующе взглянул на девушку:

— Ты хочешь остаться с кем-то из них?

В памяти разом всплыли все испытания, через которые пришлось пройти по их вине.

Чувство отчаяния, ненависть к себе, беспомощность. Плеть в руках Дэмиана, унизительный оргазм в ресторане, оскорбительные и жестокие слова, сказанные Мэлом в первый же день.

Пусть Тасю и возбуждало то, что с ней делали демоны. Пусть даже ей нравилась их властность и жесткость, избавляющая от необходимости самой что-то решать. Остаться с ними после такого?

— Конечно нет!

Равендорф чуть демонстративно развел руками.

— Вопрос закрыт, молодые люди.

— Но…

— Никаких но. На вашем месте я бы обратился в центр лечения зависимостей.

Снаружи раздался визг полицейской сирены.

— А вот и стражи правопорядка. Боюсь, нам всем придется ответить на несколько вопросов.

Вживую император казался совсем не таким внушительным, как на монетах или парадных портретах. Невысокий, даже сухощавый, с выразительным лицом и большими темными глазами.

На гладко выбритом черепе выделялись маленькие черные рожки.

— Спасибо, мне не нужны деньги, — вежливо, но твердо ответила Тася.

Он нахмурился.

— Это не обсуждается. Любой светоносный получает три миллиона золотых, — голос у демона-императора был красивый. Глубокий и звучный. — Деньги уже переведены на твой счет. Взамен ты подписываешь обязательство родить империи не менее трех анхелос. Желательно от разных отцов.

Тася вздрогнула.

— Что?!

— Желательно, а не обязательно.

— Простите, — беспомощно промямлила девушка. Только-только казалось, что все наладилось, и вот. — Я не могу так сразу…

Император милостиво кивнул.

— Мы не торопим тебя, Таисия Блэквуд. В обязательстве указан срок в двадцать лет. Мы не навязываем тебе замужество, место жительства или работу. Мы не сторонники принуждения, но анхелос рождаются только от анхелос. Исключения слишком редки. Даже если ты решишь выйти замуж за представителя любой другой расы, тебе придется вступить в связь с сородичем для рождения детей. Понимаешь?

Тася тупо кивнула. Ее начала бить дрожь.