Рабыня демонов в академии магии полностью

Изысканный аромат пощекотал ноздри. Пахло сильно, как в цветочной лавке.

Девушка огляделась. Никого из демонов не было видно поблизости, но и так понятно, откуда у крыльца общежития взялся этот ковер из роз, стоимостью с подержанный автомобиль.

Как они оба ей надоели! Со своими ухаживаниями, навязчивыми знаками внимания, неспособностью расслышать отказ.

Наверное, стоило обратиться к Равендорфу. Но ей не хотелось бегать к профессору с любой проблемой. Она в состоянии справиться сама!

— Раум? — строго спросила Тася.

Выпендрежность поступка была под стать ди Форкалонену.

— Обижаешь, селючка.

Дэмиан появился внезапно, словно возник из пустоты. Губы демона кривила знакомая нахальная ухмылка, а в глазах стояло тревожное и просящее выражение, которое появлялось всякий раз, когда он смотрел на Тасю.

— Я сто раз говорила: не называй меня так, — излишне резко ответила девушка.

— Хорошо, не буду, — покорно согласился ди Небирос. И достал из кармана маленькую бархатную коробочку, в каких продают ювелирные украшения. — У меня для тебя подарок.

— Мне ничего от тебя не надо.

Стараясь ступать осторожно, чтобы не раздавить ненароком одну из роз, Тася шагнула с крыльца.

Прав был Равендорф. Надо купить собственный дом.

Или переехать к нему, как предлагал профессор?

Переехать? Снова жить у мужчины и полностью зависеть от него. Конечно, Равендорф совсем не такой, как демоны. Он сказал, что не станет принуждать. Ни к чему. И будет давать уроки, обучая владению силой светоносных.

Тася уже ночевала в его доме в пригороде в тот первый вечер, когда Равендорф увез ее с территории заброшенного завода. Увитый плющом двухэтажный коттедж с эркером над входом и башенкой мансарды был раза в три меньше особняка ди Форкалонена, но показался ей куда более уютным и приятным местом для жизни.

И все же мысль о том, чтобы поселиться у профессора ее пугала. Переезд словно навсегда закрывал возможность обрести самостоятельность, проверить свои силы. И ставил Тасю в зависимость от Равендорфа.

«Мы не торопим тебя, Таисия Блэквуд, — зазвучал в ушах голос императора. — Но ты должна родить Империи трех анхелос. Желательно, от разных отцов».

Нет, проще купить собственный дом.

Каблучок впечатался в бутон. Тася вздохнула. Цветы было жалко. Они заслужили лучшую участь.

— Может, сходим куда-нибудь? — с напускной беспечностью предложил Дэмиан. — На танцы. Ты же любишь танцы.

— Я сказала нет. И не преследуй меня.

Она замерла, выбирая, куда ступить дальше, чтобы не отдавить один из багряных лепестков. И завизжала, когда демон подхватил ее на руки и понес через цветочный ковер.

— Отпусти немедленно!

— Не ори, — он дошел до широкой усыпанной гравием дорожки и поставил Тасю. — Так идем на танцы? После лекций.

Она отшатнулась, тяжело дыша. Ее трясло от гнева.

— Я не пойду с тобой на танцы.

— Тогда в ресторан.

— И в ресторан не пойду. Мне не нужны твои подарки. Просто оставь меня в покое. Или мне придется получить судебное предписание.

Равендорф даже настаивал на судебном предписании, которое запретит бывшим хозяевам Таси подходить к ней ближе, чем на двадцать шагов.

Тася отказалась. У нее были свои причины. Точнее, причина.

Причина, которая не спешила пользоваться оставленной для нее возможностью.

— Мстишь? — с тоской спросил ди Небирос. — Ну давай! Отыграйся, — он вынул плеть, и Тася в ужасе попятилась, но демон протянул ей полированную деревянную рукоять. — Хочешь — ударь меня!

Тася сглотнула. Вид переплетенных ремешков из мягкой кожи будил в теле странное томление. Заставлял вспоминать легкую сладкую боль, веревку на руках, чувство беспомощности и наслаждение.

Она прикусила губу почти до крови, возвращаясь в реальный мир. И убрала руки за спину.

— Я не буду.

— Да ладно! Ударь! — в фиалковых глазах загорелся безумный огонек. — Можешь бить, сколько надо, чтобы ты перестала злиться.

— Нет! Честно, Дэмиан, я ничего от тебя не хочу. Оставь меня.

Демон загораживал дорогу к учебным корпусам. Тася развернулась и пошла в другую сторону. Куда угодно лишь бы подальше от Дэмиана.

— Какая ты все-таки стерва, селючка! — он догнал ее и пошел рядом, бросая на Тасю голодные взгляды.

У корпуса общежития среди цветов оставалась дорожка из растоптанных, вмятых в камни роз.

— Очень хорошо, — инструктор заразительно улыбнулся и поднял большой палец. — У вас с каждым разом все лучше получается. Через месяц можно сдавать на права.

Инструктор был молодым и симпатичным. Чистокровный человек, он и Тасю считал человеком, не догадываясь ни о ее особом статусе, ни о трех миллионах на счету.

Служба безопасности проверила инструктора. И сочла безвредным. Равендорф обмолвился об этом мимоходом, но вряд ли случайно. Его слова были призваны донести до Таси простую мысль: за ней присматривают. Империя вложила в нее деньги и рассчитывает на дивиденды.

Сначала девушку возмутило такое вмешательство в ее жизнь. Но потом она обдумала все ещё раз и смирилась.