– Сама у него спроси, – фыркнул оборотень, меняя пустую миску на полную, – Только я не понимаю, тебя пугает такая перспектива, или ты наоборот ждёшь чего-то подобного, чтобы случайно самой на него первой не накинуться.
– Не знаю, – девушка неопределённо повела плечами. С одной стороны её настораживала забота колдуна, как-никак всё-таки тёмный маг со всеми вытекающими последствиями; с другой – он был мужчиной вполне интересным, и пока никаких гадостей ей не делал. Последний момент озадачивал её больше всего, приходилось пересматривать все свои старые привычки, а в них нелюдям и тёмным места не отводилось.
Филин хихикнул, но, поймав раздражённый взгляд девчонки, замолк. Зная намного больше, он предпочитал не вмешиваться, но хотя бы от малой доли ехидства удержаться не мог.
Дальше обед прошёл в молчании, и Кира вернулась опять в спальню Дамира, не стоило навлекать на себя гнев хозяина из-за такой мелочи. Конечно, ей хотелось расспросить Лизабету о тканях, которые поступили в распоряжение домовихи, но удалось сдержаться, несмотря на жгучее любопытство.
Оставшееся время девушка честно пыталась разобраться с предложенной книгой, только после сытной еды глаза начали слипаться, и она, плюнув на всё, просто отодвинула тяжеленный том, и заснула. Почему-то в этой комнате её не мучили ни кошмары, ни дурные сны, напротив всё больше чувствовалось тепло и радушие дома, словно он был живым существом.
– Ну, ты и спать, – лёгкое прикосновение к плечу заставило Киру встрепенуться. За окном уже темнело.
– А, – девушка честно попыталась продрать глаза, – Ой! – она поспешно натянула на колени сбившуюся рубашку.
Дамир покачал головой и присел рядом.
– Поворачивайся и раздевайся, посмотрю, что с твоей спиной после лекарства.
– А может не надо? – Кира жалобно захлопала глазами.
– Силу применить, или заклинанием в ступор вогнать? – колдун был настроен весьма решительно. Видя, что девушка не торопится выполнять его распоряжение, он сам дёрнул за завязки ворота и спустил с её плеч рубашку.
Кира покраснела, скрестила руки на груди и шустренько перевернулась на живот. Пока мужчина проверял, в каком состоянии её поясница, она смущённо млела от ласковых прикосновений пальцев и всеми силами старалась не выдать, насколько ей это нравится.
– Кирюша, – Дамир провёл рукой по волосам девчонки, – всё в порядке, но старайся лишнего не нагружаться, и прекрати смущаться, а то нечаянно могу подумать, что я тебе не безразличен.
Довод оказался убийственным, хотя логика в нём отсутствовала напрочь. На самом деле сразу вспомнились основы целительской практики, когда всех будущих магов, независимо от их специальности, таскали по моргам и больницам, буквально заставляя любоваться трупами, и делать перевязки живым. Так вот, пациенты зачастую попадались в чём мать родила, и краснеть при этом нельзя было, ни-ни, чтобы не смутить болящего. Сомнительно, чтобы колдун в свои, хм, неизвестно сколько лет, не знал, как выглядит женское тело. Вот только, Кира почему-то испытывала смущение именно при его взгляде, и никак не могла разобраться в собственном к нему отношении.
– Кирюша, – уха коснулось тёплое дыхание наклонившегося мужчины, – ты там опять заснула, что ли. Давай, поднимайся и переодевайся, тебе Лизабета обновку прислала.
По коже девушки пронеслись последние смущённые мурашки. Она заёрзала, подтягивая рубашку вверх, и обомлела, на стуле висело платье, точнее даже два, сшитые по последней моде.
– Дамир, мне же за этот наряд век не расплатиться, – голос магички стал умоляющим. С одной стороны так хотелось надеть что-то красивое, с другой – страшила возможная плата.
– Не понял, – насторожился колдун, – Значит, я должен терпеть, что моя собственная рабыня выглядит как чучело, Таково моё желание, девочка. А насчёт платы, – он хитро усмехнулся, – расплатишься поцелуем. Потом, как-нибудь.
Мужчина поднялся и вышел из комнаты. У Киры тут же зачесались руки, так хотелось примерить обновку.
Встав с постели и на цыпочках подойдя к двери, она послушала, как удаляются шаги, и щёлкнула пальцами, зажигая магические светильники. Нижнее голубое платье без рукавов не имело шнуровки для стягивания по фигуре, зато было скроено точно ней; верхнее, распашное, глубокого синего цвета, с широким рукавом почти до кисти, застёгивалось на множество мелких пуговок. Серебристая кайма, идущая по вырезу и низу рукавов и подола, представляла собой искусно вышитые ветки жасмина.
Девушка подхватила наряд и закружилась с ним по комнате. Поцелуй – это не так страшно, в голову до этого лезли совсем другие мысли. Платье село как влитое, да ещё на ткани верхнего оказались тиснёные узоры чуть более светлого оттенка. Быстренько расчесав волосы и собрав их в мягкий узел, она тихонько приоткрыла дверь и вышла в коридор.
Глава 5
Внизу явно что-то происходило, и девушка кинулась к лестнице, ведущей на первый этаж.
Входная дверь была распахнута, а в проёме стоял огромный кот, точнее пума. Бронзовая, красивая, с изумрудно-зелёными глазами. Стояла и не входила, загораживая собой корзину, которая виднелась на пороге.
