Нервы сдали, и мастерица просто кинулась на агентессу, надеясь вышвырнуть её в коридор. Встречный удар оказался куда сильнее – Линнея отлетела назад, роняя узел и ударяясь о тумбочку. На верстаке лежали ножи, с которыми она работала, вырезая кожу и ткани для своих изделий. Проследив её взгляд, Тасмина издевательски расхохоталась.
– Ты просто не дотянешься до них, не успеешь. Да и что сможет сделать мне, профессиональному агенту инквизиции, какая-то нищая рукодельница?
Женщина тяжело поднималась с пола, опёрлась рукой о тумбочку и тут же схватила и прижала к груди два оставшихся веера. До ножей не дотянуться – верно, да и не приходилось ей как-то бросать ножи.
В пальцах агентессы заиграл яркий огонь. Она не собиралась убивать эту наглую дрянь, которая осмелилась попытаться сбежать и таким образом лишить её вознаграждения. Всего лишь оглушить, а уж как поволокут мастерицу в застенки инквизиции – это её не волновало.
Огненный шар полетел в сторону сразу подобравшейся Линнеи и погас, впитавшись в вовремя раскрытый веер.
– Вот как…, – Тасмина поначалу озадачилась, но потом, списав всё на слабый заряд, метнула второй шар.
Она целилась в голову, но и этот огненный сгусток зашипел и погас, перехваченный вторым раскрытым веером.
– Вот за что ты меня так ненавидишь? – Линнея не торопилась складывать собственноручно созданную защиту.
– Только деньги, дорогая. Ничего личного, – агентесса зло оскалилась, вытаскивая из-за спины цепь. Самую обычную, кованую, с острыми крючьями на конце, – Жаль, что ты такая строптивая, придётся слегка покалечить.
Крутанув кистью, она подняла руку, чтобы с размаху обрушить своё оружие на застывшую, как столб, мастерицу. И тут же застыла сама, давясь собственной кровью. Из резко хлопнувшего сложившегося веера вылетели тонкие ядовитые иглы, пронзая незащищённое горло. Цепь выскользнула из разжавшейся ладони, и Тасмина, хрипя, повалилась на затоптанный пол.
– Ничего личного, – задумчиво повторила Линнея, – Но я очень хочу встретиться с собственной дочерью, и никому не позволю мне мешать.
Она снова подхватила узел и двинулась к выходу. За шторками, задёрнутыми на окнах аптеки, виднелись нетерпеливо перемещающиеся тени. Инквизиторы… Пока ещё они просто ждут, но, если ожидание затянется, вполне могут выломать дверь. Оставался только один выход – через чёрный ход. Хотя, где гарантия, что её не ждут и там. В коридоре послышались еле слышные шаги, а потом чья-то ладонь зажала ей рот. Женщина снова уронила узел и перевернула веер, готовясь выпустить второй заряд игл.
– Тшш, Линни, – её уха коснулся тихий и такой родной шёпот.
Линнея мысленно ахнула и чуть не уронила заряженный веер. Хавсан! Здесь! Наконец-то можно прекратить все эти прятки и совершенно спокойно зажить в тёмной империи. Ноги подогнулись, и старый колдун вынужден был просто подхватить её, чтобы не дать упасть.
– Линни, давай-ка собирайся, – мужчина слегка встряхнул мастерицу, – Лучше скажи, где у вас здесь тёмные прячутся, а то на улицы патрули выпустили. Мне поисковой магией в таком случае воспользоваться сложно.
– Здесь недалеко, – одними губами шепнула женщина, – Есть сарайчик, заваленный мусором, у него сбоку доска отодвигается. Только через забор лезть придётся.
В дверь забарабанили. Стучавшие не особенно беспокоились, что смогут разбудить соседей, и наяривали что есть силы. Хавсан потянул Линнею к чёрному ходу.
На улице уже стемнело, и Кира, откровенно маясь от безделья, снова вышла в сад. Тёплый ветер колыхал висячие грозди золотистого бобовника. Где-то ухали сычики.
Присев на лавку, девушка перевела взгляд на браслет, который неярко продолжал светиться. Если свечение есть, значит тот, кому принадлежит второй, жив. Второй? А когда это интересно рин Дамир эре Лерс-Шанги успел натянуть такой же на себя? Она попыталась припомнить, когда видела его полураздетым в спальне. Вот была у него на руке похожая вязь или нет? Память съезжала куда-то не в ту сторону, припоминалась вовсе не рука. Залившись смущённым румянцем, Кира перевела взгляд на калитку, выходящую на улицу.
Пора было идти в дом. Но только она поднялась с лавки, как от ограды донёсся приглушённый женский всхлип. Кто-то плакал совсем недалеко.
Даже не вспомнив о том, что Сархас просил её не выходить одну без охраны, девчонка бросилась туда. Выскочив из калитки, она даже не заметила троих парней, скрывающихся в густой тени от лунного света. Резкий рывок за руку отбросил её в сторону, дальше от ограды. Пробежав несколько шагов, Кира затравленно оглянулась. Перед ней стояли ребята-охотники из её же школы. Скинув капюшоны коротких плащей, они торжествующе усмехнулись.
– Ну что, артефактница, вот и закончилась твоя свобода, – издевательски протянул один из них, – Не хотела добром идти, значит, порталом перебросим. А коль сопротивляться надумаешь, так будь уверена – наши клинки при нас.
Кира потёрла руку, рукав съехал, и браслет помолвки засиял в лунном свете.
