Люсиус не шевелился несколько секунд, и Церере показалось, что он потерял сознание. Но вдруг с его губ сорвался крик и он сел. Облокотившись о меч, он поднялся на ноги, бормоча что-то себе под нос.
«Должен признать, что ты лучше, чем я думал», – сказал Люсиус. – «Но я тебе поддавался. Теперь я бросил играть в игры, а ты, крысеныш, должна умереть».
Пот обжигал глаза Цереры, она подняла меч, сделав несколько силовых вдохов. Она ощущала на своем затылке взгляд Стефании, и от этого ей хотелось победить еще сильнее.
Люсиус атаковал изо всех сил. Церера притворилась, что встретит его прямо в лоб, но в последнюю минуту она свернула в сторону и ударила ему между ног, из-за чего он упал на живот.
Его меч соскользнул по земле, оказавшись всего в нескольких метрах, после чего наступила абсолютная тишина.
Люсиус перекатился на спину. Церера встала над ним, прижав кончик своего меча к его горлу, ожидая, когда солдат Империи объявит победителя.
Но солдат хранил молчание.
Церера подняла голову, но солдат по-прежнему ничего не говорил, сохранив на лице бесстрастное выражение.
Нахмурившись, Люсиус поднялся на ноги и плюнул на землю у ног Цереры.
«Я отказываюсь признавать победу девчонки», – сказал он.
Церера сделала шаг вперед.
«Я победила в честном поединке», – сказала она.
Люсиус поднял руку и ударил ее по лицу. Увидев этот несправедливый удар, некоторые зрители ахнули. Не думая, действуя только согласно гневу и импульсу, Церера ударила его в ответ.
В ту минуту, когда ее рука нанесла ему удар по лицу, она знала, что совершает огромную ошибку. Но она ничего не могла сделать, чтобы все исправить. Все видели, что она сделала, и хотя она не знала, какое наказание следует за нанесение удара королевской особе, она понимала, что оно будет жестоким.
Держась за щеку, Люсиус смотрел на нее широко распахнутыми от удивления глазами, и время на несколько секунд застыло.
«Арестуйте ее!» – крикнул Люсиус, указывая на Цереру.
Церера отступила на несколько шагов, время текло, как в кошмаре. Казалось, ее разум не хочет функционировать, не успела она даже подумать о том, что сделать или сказать, как два солдата Империи схватили ее за руки.
Мгновение спустя они тащили ее прочь отсюда, прочь от жизни, которая у нее была.
«Рексус!»
Обернувшись, Рексус увидел, что к нему со всех ног несется Несос, и его сердце наполнилось страхом. Несоса отправили по важному делу, и Рексус знал, что его присутствие здесь не сулит ничего хорошего.
Несос резко остановился прямо перед Рексусом, подняв в воздух пыль, положив руки на колени, пытаясь отдышаться.
«Я только что прибыл… из северного Делоса и… солдаты Империи повсюду… говорят, что в силу вступают новые законы… они уводят… первенцев мужчин, убивая… всех, кто отказывается», – сообщил он, все еще тяжело дыша, по его лицу бежал пот.
Кровь в венах Рексуса застыла. Он вскочил на ноги и побежал к главному входу в замок. Он должен предупредить остальных.
«Потом они атакуют Делос на востоке, потом на западе… и, наконец, на юге», – сказал Несос, побежав за ним.
У Рексуса возникла идея.
«Возьми с собой несколько человек и отправьте всех имеющихся в нашем распоряжении голубей, чтобы предупредить наших сторонников», – велел он. – «Попроси их о встрече возле Северной Площади как можно скорее, и пусть они возьмут с собой как можно больше оружия. Мы освободим этих первенцев, чтобы они смогли присоединиться к нашей революции. Я соберу сторонников здесь и мы немедленно тронемся в путь».
«Я отправлюсь немедленно», – ответил Несос.
«Вот и начинается», – подумал Рексус, побежав вместе с остальными. Сегодня они окажутся сопротивление и станут убивать во имя свободы.
Через несколько минут Рексус собрал сто мужчин и пятьдесят женщин перед ниспадающим каскадом водопада, они взяли в руки оружие и оседлали коней. Объяснив революционерам план действий, он увидел страх в их глазах. Он знал, что воин, испытывающий страх, не одержит победу в сражениях. Поэтому он встал перед ними, чтобы произнести речь.
«Я вижу в глазах каждого из вас страх смерти», – сказал Рексус.
«Разве ты не боишься смерти?» – крикнул кто-то из толпы.
«Боюсь. Я не хочу умирать. Но мой самый большой страх – это жить на коленях всю оставшуюся жизнь», – ответил Рексус. – «Больше смерти я боюсь никогда не вкусить свободы. А эти первенцы могут помочь нам достичь ее».
«Но у нас дети!» – крикнула какая-то женщина. – «Их накажут за нашу революцию!»
«У меня нет своих детей, но мне знаком страх потерять близкого человека. Если мы победим, ваши дети и ваши внуки никогда не будут знать гнета, который познали мы. Разве вы не хотите, чтобы ваши дети последовали вашему примеру храбрости, а не страха?» – спросил он.
Народное ополчение молчало, не было слышно ничего, кроме рева водопада и случайного ржания лошади.
«Не обманывайте себя надеждами на то, что Империя подарит вам свободу», – сказал Рексус.
«Я, как и многие здесь, с тобой, дружище», – крикнул один из мужчин. – «Но неужели ты думаешь, что у нас есть реальный шанс победить в этой войне?»
