— И что заставило тебя так сильно нахмуриться? Твои брови практически превратились в одну. — Мишель стоит рядом со мной с её новым парнем на час.
Я отмахиваюсь.
— Ничего такого. Хорошо провели время? — подмигиваю я ей.
— Конечно. Надеюсь, ты тоже веселишься.
Я понимаю, о чём именно она говорит. Она чувствует себя виноватой за то, что покинула меня, но со мной всё в порядке. Ей тоже нужно веселиться.
— Все отлично.
Я осматриваюсь вокруг.
— Подожди. Ты нашла его?
— Что-то типа того.
— Что блин, это должно значить?
Мне не хочется погружаться во всё это, поэтому я сменяю тему.
— Оливер, ты отсюда родом?
— Не совсем. Я вырос в часе езды отсюда. А переехал сюда лишь полгода назад, но мне нравится. Я работаю в IT-компании.
— Стой! Я что-то запуталась, — говорю я.
Он рассмеялся.
— Говоришь, как Мишель.
Эти двое так мило смотрятся вместе, что я не удивляюсь, когда они опять отправляются танцевать. Кто-то подходит ко мне с предложением потанцевать, и я соглашаюсь. Мы практически не разговариваем, потому что музыка на самом деле очень громкая, но хорошая. Несколько песен спустя, я жестом прощаюсь с ним и направляюсь в сторону бара за ещё одним прохладительным напитком, чтобы утолить жажду. Возле бара столько народу, что самое удобное место оказывается возле мистера Загадки. Я наконец-то могу протиснуться чуть ближе и оказываюсь рядом с ним.
— Что я могу вам предложить?
— Мне…
— Водка, содовая и лайм.
Бармен смотрит на меня для подтверждения заказа, и я могу лишь кивнуть, поскольку нахожусь в полном шоке. Неужели он так внимательно следил за мной, что обратил внимание на то, что я пью? Немного жутковато. Бармен придвигает ко мне только что сделанный напиток, и я почти полностью осушаю его.
Я практически допиваю напиток до льда, когда передо мной снова появляется бармен, и я киваю ему, чтобы повторил.
— Мне кажется, вам стоит притормозить.
Произносит Бек глубоким, хриплым голосом. Мне не хочется отвечать ему, но я все-таки говорю:
— Не-а, все отлично. Сегодня пятница, — ухмыляюсь я. Но ухмылка получается какой-то однобокой.
Мишель привлекает мое внимание, стоя через три ряда людей от меня. Одними шубами она произносит:
— Мы уходим. Ничего, если я оставлю тебя? Ты можешь поехать с нами в такси.
— Нет, я в порядке. Повеселитесь, — должно быть, я кричу это слишком громко, поскольку мистер Загадка странно на меня смотрит.
«
— Лузер, ха?
Я отшатываюсь, когда смотрю на него. Комната немного кружится. Алкоголь ударяет мне в голову.
— Что вы имеете в виду?
— Вы сказали, что вы идиотка и лузер.
Я тут же открываю рот и одновременно прикрываю его ладонью.
— Я сказала это вслух? — Это звучит, как «Яскзлаэтвслх»?
Он опускает и поднимает голову. Один раз. Я не собиралась говорить это вслух. Какого дьявола! Должно быть я напилась. Думаю, пришло время уезжать. Стоп. Потянувшись за сумочкой, я вспоминаю, что не брала её. Все мои вещи у Мишель. А Мишель уехала. Теперь у меня серьезные проблемы.
— Да чтоб меня дрючили!
— Что простите?
Погрузившись во всё то дерьмо, которое со мной происходит, я не обращаю внимание, что мистер Загадка пристально следит за моими разглагольствованиями.
— И что мне теперь делать? Во имя всех паршивых членов в этом клубе, как меня угораздило так вляпаться? Отсосите, придурки.
Я начинаю бить себя по голове, но потом перестаю. Подняв голову, я вижу огромные глаза. Он слышал мой бубнеж? Господи всемогущий, надеюсь, что нет.
— У вас какая-то проблема или вы разговариваете так и со своими учениками?
Он слышал. Каждое слово. Мои щёки тут же вспыхивают, как огни на девятом кольце ада. На моем лбу и верхней губе выступает пот. Я хватаю лежащую на барной стойке салфетку, и недолго думая, начинаю яростно вытираться. Уверена, пот буквально струится у меня по рукам. Когда до меня наконец-то доходит, чем я занимаюсь на публике, меня сразу накрывает волной стыда. Из меня извергается поток слов, который я не в силах остановить.
— Я… я… я идиотка. Моя подруга уехала, а все мои вещи были у нее, и я не смогу добраться до дома. И теперь я не знаю, что мне делать. Я живу слишком далеко, поэтому собиралась заказать такси, но не смогу это сделать, потому что у меня нет телефона, кредитной карты или наличных, и я не могу позвонить ей, чтобы она меня забрала отсюда. А если я уйду, им придется вызвать полицию, так как я не заплатила по счету, а она, скорее всего, заплатила только за свой, и у неё моя кредитка, и она уехала, и я верещу, как глупая курица. О, боже, появись, пожалуйста, сейчас в этом баре и спаси меня от полнейшего унижения.
— Уже слишком поздно, вам не кажется? — Эта лишенная любых эмоций фраза застревает у меня в голове.
