даже когда эти слова прозвучали, я поняла, что мотивы бабушки были
глубже, чем я предполагала. — Она подумала, что мы могли бы немного
облегчить ваше финансовое положение.
— Да, она знала, что может нам помочь. Но не покупками.
Беннет долго молчал, давая мне время осознать смысл этих слов.
Бабушка не планировала покупать ничего, чтобы облегчить финансовые
проблемы Виндзоров. Нет. Она собиралась отдать им мое приданое. От этой
мысли я чуть не задохнулась. Очевидно, бабушка рассудила, что
единственный способ привлечь такого обаятельного и красивого мужа, как
сэр Беннет — это поторговаться с ним. Он возьмет себе простенькую жену, но
взамен получит огромное состояние, которое наверняка поможет ему и его
семье в их нынешнем финансовом затруднении.
Словно прочитав мои мысли или, возможно, увидев мое потрясенное
лицо, сэр Беннет быстро заговорил:
— Прошу прощения за это недоразумение, миледи.
— Вы солгали мне.
Выражение лица Беннета стало серьезным:
— Когда ваша бабушка узнала, что я собираюсь жениться, она связалась
с нами по поводу этого визита. Я думал, вы знаете.
Теперь я не сомневалась, что бабушка все это спланировала. Это
многое объясняет. Вот почему она подарила мне новые платья. Вот почему
она подарила мне роскошные драгоценности. Вот почему она предостерегала
не упоминать о покупке. Она хотела, чтобы Беннет полюбил меня. Она
надеялась, что он не обратит внимания на мои невзрачные черты и оценит
богатство, которое получит от этого союза.
— Значит, мой визит, ваше внимание, ваше обаяние, даже поцелуй — это
была всего лишь попытка заполучить мое состояние? — Тон был ледяным и
неумолимым, но мне было все равно, потому что мое сердце разбилось на
тысячу крошечных кусочков.
Широкие плечи Беннета поникли, и он опустил голову. Вот и весь
ответ. Он очаровал меня ради денег. Я резко отвернулась от него и выбежала
из комнаты. Я не остановилась, даже когда он позвал меня, даже когда его
голос зазвенел от искреннего сожаления.
— Как ты могла? — Снова и снова я спрашивала бабушку, бросая гребни
и булавки в открытый сундук.
Лилиан опустилась на колени рядом с сундуком, пытаясь привести в
порядок все, что я торопливо скидывала. Бабушка сидела у камина в своем
мягком кресле и не поднимала глаз от вышивки:
— Перестань драматизировать. Ты не хуже меня знаешь, что мы не
приехали бы сюда, если бы я сказала, что хочу познакомить тебя с сэром
Беннетом.
Я замолчала и уперла руки в бока:
— Значит, ты обманула меня, заявив, что мы приехали смотреть на
картины?
— Но ты смотрела их.
Я в отчаянии всплеснула руками, а затем оглядела комнату в поисках
того, что нужно было бы положить в чемодан.
— Ты могла бы поставить меня в известность, что хочешь, чтобы я
рассматривала сэра Беннета как достойную пару.
— Чтобы мы немедленно уехали домой?
— Лучше унизить меня? Ты решила продать меня первому покупателю, потому что я никому больше не нужна буду?
Боль, сквозившая в каждом слове, должно быть, проникла сквозь
толстую кожу бабушки, потому что она, наконец, отложила вышивание и
посмотрела на меня своими проницательными, слезящимися глазами:
— Я много слышала о сэре Беннете и однажды мельком с ним
встречалась. Он известен своей храбростью, мастерством и рыцарством. Он
один из трех рыцарей, обученных герцогом Ривенширским. Все только
хвалили его. Поэтому, когда я узнала, что его семья в долгах и ищет
подходящую и выгодную партию, я решила, что не помешает навестить его.
— Чтобы он женился на мне из-за моих денег.
— Я надеялась, что, как только у вас появится возможность узнать друг
друга получше, вы почувствуете взаимную привязанность.
Я не могла отрицать, что влюбилась в сэра Беннета. Думаю, именно
поэтому его обман причинял мне такую боль.
— Он мог бы очаровать и бородавки у жабы, если бы старался
поусерднее. По крайней мере, жабу он уже очаровал.
— Ты не жаба, — упрекнула меня бабушка.
Но я и леди Элейн. Именно такую безупречную красоту смог бы
оценить сэр Беннет. Я не раз замечала, как он восхищался ею, словно она
была изысканным произведением искусства. Он никогда не смотрел на меня
так. Да и на что смотреть?
Я повернулась и зашагала к серебряной клетке Стефана, которая стояла
на одиноком столике под окном. Маленькая певчая птичка сидела на качелях
и чистила перышки. Я просунула палец сквозь прутья решетки, и он, вспорхнув, приземлился на мою перчатку. Просунув другую руку и нежно
погладив птицу, я удостоилась счастливого щебета.
— Я не настолько глупа, чтобы думать, что выйду замуж по любви, –
наконец заговорила я. — Но я не выношу обмана.
Когда эти слова слетели с моих губ, чувство вины напомнило мне, что
я тоже была не до конца честна с Беннетом. Перчатка, плотно обтягивающая
мою руку до локтя, была тому доказательством. Если бы он знал, насколько я
ущербна, он бы не захотел иметь со мной ничего общего, несмотря на то, что
ему нужны были мои деньги.
Я слышала, как бабушкин стул заскрипел по полу, когда она
поднялась:
— Ты слишком строга к сэру Беннету. Он сказал, что мы здесь, чтобы
