Я был удивлен тем, как сильно скучал по ней. Она не возвращалась в
мои покои со вчерашнего дня, и я все время думал о возможности
возобновить наш разговор с того места, где мы остановились. Мы как раз
обсуждали поцелуи, но мне хотелось получить их. Может быть, позвать
священника в свою комнату и жениться на ней прямо здесь? Сегодня. Тогда
никто не сможет помешать мне целовать ее так, как я хочу.
С порога я услышал, как слуга спорит с Дерриком и Коллином, и
подавил разочарование — это не Сабина.
— Все в порядке, — крикнул я слуге. — Они не так хороши, как тот гость, которого я надеялся увидеть, но пусть войдут.
Коллин улыбнулся мне и зашагал через комнату:
— По крайней мере, мы выглядим лучше, чем ты.
— В данный момент да. — Я был избит и весь в синяках. — Но я не могу
понять, что ваши жены нашли в вас.
— По крайней мере, мы смогли удержать хороших женщин, когда они
появились в нашей жизни, — снова поддразнил Коллин, направляясь к моей
кровати.
— Я удержу леди Сабину, — сказал я с самонадеянной усмешкой, возвращаясь мыслями к поцелуям, которые я определенно подарю ей
сегодня, когда она появится. — Не беспокойтесь на этот счет.
Но неуверенность все еще жила в глубине моего сознания. Она была
очень снисходительной женщиной. Но ее присутствие рядом со мной, когда я
очнулся вчера, не означало, что мой взгляд, когда она сняла перчатку, и я
впервые увидел ее бардовое пятно, забыт ею.
За Коллином шел Деррик. Выражение его лица стало гораздо
серьезнее:
— Наверное, поэтому она не так давно уехала отсюда вместе с
бабушкой и всеми своими пожитками?
Мой пульс перестал биться:
— Уехала?
— Я расспросил нескольких слуг, которые помогали ей грузить экипаж,
— сказал Деррик. — Они утверждают, что она возвращалась домой.
Паника охватила мое сердце:
— Она не сказала, почему?
— Никто не знает, — ответил Деррик.
Я мысленно застонал. Вчера мне следовало бы попросить у нее
прощения, а не дразнить поцелуями. Я сел, откинувшись на подушки,
которые, конечно же, облегчили мне последние часы чтения, но теперь стали
врагами, и я боролся, чтобы высвободиться из их уютных объятий.
— Мне нужно поехать за ней. — Я оттолкнул книгу, которую изучал, и
она упала на пол.
При обычных обстоятельствах я бы никогда не позволил ни одному из
древних текстов коснуться земли, а тем более упасть. Но сейчас все, о чем я
мог думать, это как вернуть Сабину. Возможно, она никогда не сможет
забыть о том, что я сделал, но я должен был попросить ее дать мне еще один
шанс. Я должен был сказать ей, что люблю ее. Рана на ноге горела. Однако, прежде чем кто-либо успел возразить или остановить меня, я рванулся и
оказался на ногах. Но после потери крови и двух дней, проведенных в
постели, я был слабее, чем думал, и ноги начали подгибаться.
— Не думаю, что это хорошая идея, — сказал Коллин, поймав меня, –
разве что вернешься обратно в постель.
Я оттолкнул его и попытался выпрямиться. И снова бедро напомнило о
себе огненной болью. Я стиснул зубы и подавил приступ тошноты.
— Мы с Дерриком поедем за ней и передадим сообщение, — предложил
Коллин, беря меня под руку.
На этот раз я толкнул его в грудь и отодвинулся:
— Я пойду сам, и тебе лучше меня не останавливать.
Я заметил, как Деррик и Коллин переглянулись. Герцог, наконец, оторвался от книги и стал наблюдать за нами.
— Со мной будет все в порядке, — сказал я. — Просто мне надо несколько
минут, чтобы прийти в себя и восстановить силы. Но я сделаю это.
Деррик и Коллин посмотрели на герцога, словно ожидая его вердикта.
Несмотря на все мое уважение к герцогу, я не собирался позволять ему
диктовать, что мне делать или не делать сегодня. Я сделал неуверенный шаг
вперед, пытаясь показать, что готов, но я действительно был слаб, как
жеребенок, только что вышедший из материнской утробы.
— Мы пойдем с тобой, — сказал Деррик, и Коллин кивнул в знак
согласия. — Давай помедленнее.
— Даже медленный шаг может открыть раны, — предупредил герцог.
Повязка на моем бедре была девственно белой, но рана была глубокой, с рассеченной мышцей, и потребуется время, чтобы зажить. А времени у
меня не было.
Три пары глаз уставились на меня. Каждый из них думал, что я
поступаю глупо, но паника продолжала расти в моей груди, увеличивая
прилив энергии.
— Я не могу позволить ей уйти, не попытавшись хотя бы уговорить
остаться.
Сначала кивнул Деррик, потом и Коллин склонил голову. Смирению в
их глазах говорило, что они все поняли. Они оба почти потеряли женщин, которых любили. Им пришлось сражаться, чтобы завоевать их. Теперь
настала моя очередь сделать то же самое. Я не знал, как мне вернуть Сабину.
Но, по крайней мере, я попытаюсь сделать это с помощью моих верных
спутников.
Капитан Фокс толи тащил, толи нес меня сквозь густую ежевику, и я не
знала куда. Если он решил сжечь меня, почему бы не привязать к дереву и не
поджечь?
Он остановился, я почувствовала, что моя кожа была разодрана и
понимала, что сплошь покрыта синяками. По треску веток и шепоту голосов
я поняла, что остальные бандиты следовали за капитаном Фоксом. Я не
знала, что они собираются со мной делать, но чувствовала себя странно
