Лунг так и не появился в перекрестии оптики Охотницы. Демон Ли не обозначил своё присутствие короткой серией подрывов и никто другой не решился проверить на прочность полицейские кордоны. Операция прошла штатно, но без неприятных сюрпризов не обошлось. Единственное, что могло порадовать Смита, это то, что сюрпризы эти не оказались смертельными для его людей. Не сказать, что азиаты не пытались. В какой-то момент их последним шансом отсрочить неизбежное стали те, из-за кого эта операция была санкционирована - преступники начали прикрываться заложниками, из числа накачанных наркотой девушек. Это имело бы шанс на успех, будь этот штурм действительно полицейской операцией. Но полицейских тут не было, и азиаты падали замертво, нередко вместе со своими живыми щитами. Неприятное чувство гнили на языке Смит не без усилий проигнорировал, озвучивая тот приказ. Не первый и не последний грех тянущийся за ним. Уже привык.
Спешащий вперёд по узким коридорам переоборудованного в притон цеха, Смит старался не смотреть в остекленевшие глаза невинных жертв сегодняшней акции. Не всегда удавалось ликвидировать террориста, не задев при этом заложника. Смит пожалел, что вошёл на территорию цеха, когда стрельба прекратилась. Он дал бы волю просящемуся наружу гневу, если бы смотрел на ход операции своими глазами, а не через нательные камеры бойцов. Но это было тогда, когда всё происходило. Сейчас, уже после, осмотрев притон лично, Смит спешил оказаться на свежем воздухе, чувствуя, что не готов общаться с захваченными в плен азиатами.
Покинув цех, он шумно выдохнул. Всякое он видел в жизни. Он был там, где ступала «Бойня 9», и видел итоги их игрищ. Он видел, на что способен больной разум «Павших». Он сам творил всякое дерьмо как по приказу, так и по велению сердца и разума. Но этот цех… то чем тут занимались азиаты… Этим занимались не любимчики Джека Остряка. Этим занимались не паралюди, в каком-то смысле рабы желаний «паразита». Люди, люди создали это место. Люди. Это всё сделали люди. Во всей этой возне с паралюдьми он слишком быстро запамятовал, что для свершения зверств людям не нужен придаток в черепную коробку. Забыл, что людям не нужны никакие сверхспособности, рога или копыта, чтобы быть чудищами.
Ладонь сама потянулась к портсигару. Снова захотелось курить. Унять злобу и гнев, что тянутся завладеть его мыслями. Но Смит вдруг замер, так и не прикоснувшись к зажигалке. Едва заметный шёпот в его голове подал ему идею, и эта идея показалась ему уместной.
Сигарета ещё была зажата между его пальцами, когда он прикрыл веки, задержав дыхание. Время замерло вокруг. Но прошел один миг, одна секунда сменила другую, и человек открыл глаза, что с этого момента смотрели на мир чужим взглядом.
Выдохнув так, будто для него это что-то новое и непривычное, мужчина обратил внимание на сигарету, что он все ещё сжимал между своих пальцев. Грустная полуулыбка на мгновение исказившая черты его лица сменилась мрачной сосредоточенностью.
— Быть по сему. — Молвил он, ни к кому не обращаясь.
Кончик сигареты вспыхнул под его колким взглядом. Сделав быструю затяжку, он развернулся и направился обратно в притон.
— Боец! — Сухо обратился он к одному из двух солдат, дежурящих на входе в цех в качестве охраны. — Бегом найди мне канистру бензина!
— Будет исполнено! — Солдат мигом умчался в сторону колонны машин, занявших сейчас всю территорию вокруг цеха.
Он, не став дожидаться возвращения своего слуги, направился вглубь здания, не задерживая своего взгляда на телах девушек, что когда-то похитили и сделали безвольными проститутками, не вылезающими из трипа. Не смотрел он и за засаленные занавески, за которыми проходило существование потерявших волю к спасению и всякую надежду девушек, жизнь которых была медленно превращена в нескончаемый ад через чудовищные испытания. Не смотрел он в подернутые дымкой глаза несчастных, кои разумом находятся где угодно, но не в реальности. Идя по коридорам, он смотрел только вперёд, отсекая всякие лишние думы.
Его путь завершился у лестничного пролета, ведущего в подвалы. Он уже знал, что там была организована тюрьма для содержания тех, кого уже к утру должны были переправить в Канаду. Девственницы. Цена на них перевесила любую похоть. Их не накачивали наркотой, не насиловали и даже кормили больше одного раза в сутки. Они должны были сохранять товарный вид до самого конца.
Когда человек спустился в подвал, их тут уже не было. Девочек вывели из цеха до того как он вошел туда в первый раз. Но и шёл он сюда не затем, чтобы справиться о здоровье несостоявшихся рабынь.
— Евдор! — Окликнул он офицера, что руководил выводом заложниц, поиском важных улик и допросом пленных. — Узнали что?
Он мотнул головой в сторону клеток, за прутьями которых сейчас на коленях стояли пленники. Их было немного. Семеро всего, но в большем числе пленных он не был заинтересован. Скорее наоборот, пленных, по его мнению, оказалось слишком много.
