Следующий час мы провели в гостиной. Мама приготовила нам горячий шоколад, пока Алед тихим голосом рассказывал мне о логарифмах и функциях, о том, какие вопросы могут еще возникнуть и как на них отвечать.
Для стеснительного парня у него был поразительный талант объяснять сложные предметы. Алед разбирал тему шаг за шагом и переходил к следующему пункту, только убедившись, что мы проработали примеры заданий к предыдущему. Я бы на его месте тараторила без передышки, пока не упала замертво, поэтому меня такой подход к делу глубоко впечатлил.
И когда мы закончили, я почувствовала, что все будет хорошо.
– Ты буквально спас мне жизнь, – сказала я, провожая Аледа к выходу.
Он выглядел слегка уставшим, и глаза у него немного слезились.
– Ты преувеличиваешь, – сказал он со смешком и убрал прядь волос за ухо. – Но надеюсь, я сумел помочь.
Я едва не выпалила, что он сделал даже больше, но сдержалась – не хотела его смущать.
Только стоя у двери, я поняла, на что Алед ради меня пошел. Встал посреди ночи, прямо в пижаме вылез в окно и час разбирал со мной тему по математике. А ведь мы до этого всего раз толком общались. Зачем кому-нибудь жертвовать сном и своим временем ради практически чужого человека? Тем более ради меня?
– Я должна тебе кое-что сказать, – пробормотала я, собравшись с духом. – Только боюсь.
Алед слегка побледнел.
– Что сказать? – нервно спросил он.
Я глубоко вздохнула.
– Я – Тулуз. Тулуз из твиттера и тамблера. Художница, которой ты писал по поводу фан-арта.
Повисла долгая пауза.
– Это же неправда? – наконец нарушил молчание Алед. – Ты ведь шутишь? Тебя Дэн, то есть Дэниел, подговорил?
– Нет, я… Понимаю, это звучит как полный бред, но я не знаю, как еще объяснить. Когда ты сказал, что «Город Юниверс» – твой подкаст, я… Я чуть с ума не сошла от радости. Я сразу собиралась во всем признаться, но понятия не имела, как ты отреагируешь. И мне не хотелось, чтобы ты меня возненавидел.
– То есть все это из-за того, что я создал «Город Юниверс», – перебил меня Алед. – Твой любимый подкаст на ютьюбе.
– Ага.
– Ну… Ладно. – Он опустил глаза, словно вдруг страшно заинтересовался своими носками. Вид у него сделался понурый. А потом спросил едва слышно: – Получается… Ты просто притворялась, что тебе со мной интересно? В смысле… Ты только поэтому помогла мне добраться до дома?.. И про джемпер с бургерами и все остальное специально придумала?.. И с математикой попросила помочь… Все это ради того, чтобы подружиться с создателем любимого подкаста и… ну, не знаю… получить доступ к спойлерам или?..
– Что? Нет! – Я замотала головой. – Клянусь, я ни о чем тебе не врала.
– Тогда я не понимаю, почему ты со мной общалась, – сказал он. И добавил: – Я же ничего из себя не представляю.
А я одновременно с ним выпалила:
– Потому что ты классный.
Мы посмотрели друг на друга, Алед тихо рассмеялся и покачал головой.
– Странно все это.
– Точно…
– Просто трудно поверить, что все вот так совпало. Как такое могло случиться? Мы живем друг напротив друга. У нас схожие вкусы в одежде.
Я кивнула.
– Ты староста в старшей школе, но при этом рисуешь фан-арт, – продолжил перечислять он. Я снова кивнула и подавила желание извиниться. – Кроме меня никто об этом не знает? – спросил Алед.
Я кивнула в третий раз. В эту секунду Алед понимал меня, как никто другой. Кажется, он почувствовал то же самое.
– Ладно, – сказал он наконец и наклонился, чтобы обуться.
Я смотрела, как он зашнуровывает кеды.
– Если ты не хочешь, чтобы я этим занималась, я не буду, – тихо проговорила я. – Если тебе неудобно или…
Алед одернул рукава.
– О чем ты говоришь? – нахмурился он.
– Если ты не хочешь, чтобы я работала над иллюстрациями к «Городу Юниверс»… Мы можем просто больше не встречаться, а ты выберешь кого-нибудь, кого не знаешь. Я не против.
Глаза Аледа расширились.
– Но я не хочу, чтобы мы больше не встречались. – Он тряхнул головой. – И буду только рад, если ты займешься иллюстрациями.
И я поверила ему. Поверила всем сердцем, что он правда этого хочет.
– Точно? – на всякий случай спросила я. – Честное слово, я не буду возражать, если ты…
– Точно! – перебил меня Алед.
Я честно попыталась сдержать довольную ухмылку, но у меня ничего не получилось.
– Тогда ладно.
Алед кивнул, наши взгляды снова встретились, и мне почудилось, что он собирается сказать что-то еще. Но он открыл дверь. Правда, уже переступив через порог, Алед все-таки обернулся.
– Я напишу тебе завтра.
– Хорошо!
– И удачи на экзамене. – Он махнул мне и ушел. А я закрыла дверь, развернулась – и обнаружила, что мама стоит в прихожей и внимательно на меня смотрит.
– Отлично сработано, – коротко улыбнулась она.
– Что? – переспросила я, мысленно заново проигрывая разговор у порога на случай, если все забуду.
– Ты ему рассказала.
– Ага.
– И он тебя не возненавидел.
– Нет.
– С тобой все в порядке? – спросила мама. Я поймала себя на том, что все это время стояла неподвижно.
– Просто… – Я мотнула головой. – Я понятия не имею, о чем он думает. Где-то девяносто девять процентов времени.
– Видимо, такой уж он человек.
– Какой?
