– Ну, мы иногда переписываемся в фейсбуке, – не стала отрицать я. – И на прошлой неделе он помог мне с математикой.
Я лишь слегка покривила душой, потому что «иногда» означало «каждый день», а «помог мне с математикой» – пришел ко мне домой посреди ночи прямо в пижаме и просидел там целый час.
– Понятно, – кивнул Дэниел и опустил глаза. Уходить он не собирался. Я выжидательно на него посмотрела. – Что это? – спросил он, тыча пальцем в мои заметки.
– Интеллект-карты, Дэниел, – ответила я с плохо сдерживаемым раздражением. Мне не хотелось идти на экзамен по истории в дурном настроении. Хватит и того, что придется два часа расписывать подробности раздела Германии.
– А, – сказал он, разглядывая листы бумаги так, слово это была лужа рвоты. – Ладно.
Я вздохнула.
– Дэниел, мне еще нужно кучу всего повторить. Буду крайне признательна, если ты уйдешь.
Он оторвал глаза от интеллект-карт и пробурчал:
– Да, хорошо.
Но с места не сдвинулся.
– Что? – рыкнула я.
– Он… – Дэниел замолчал, и на его лице проступило странное выражение. Я не сразу поняла, что это
– И?
– Он ничего обо мне не говорил? – Дэниел все еще сверлил меня взглядом.
– Нет. А вы что, поругались?
– Нет, – ответил Дэниел, но я сомневалась, что он сказал правду.
Уже собравшись уходить, Дэниел вдруг обернулся.
– Какие оценки тебе нужны для поступления в Кембридж?
– A+, A, A. А тебе?
– А+, А+, А.
– Так ты пойдешь на естественные науки?[9]
– Не знаю.
Какое-то время мы еще смотрели друг на друга, потом Дэниел пожал плечами.
– Ладно, пока, – бросил он и ушел.
Если бы я тогда знала то, что знаю сейчас, возможно, я бы рассказала Аледу об этом разговоре. И расспросила бы его об отношениях с Дэниелом. Или промолчала бы. Не знаю. Теперь уже ничего не изменить.
– Эй, Фрэнсис! – Майя вопросительно смотрела на меня с другой стороны обеденного стола.
Наша компания сидела в школьной столовой. Экзамены закончились, и мы перешли в двенадцатый класс. Я не хотела терять настрой и упускать хоть крупицу информации, поэтому сомневалась, что увижусь с Аледом до летних каникул. Правда, мы договорились встретиться на выходных, и я, если честно, была очень этому рада.
– Ты хоть что-нибудь слышала из того, что я сказала? – поинтересовалась Майя.
Я за обедом разбирала вопросы из учебника по математике. Этой частью домашней работы многие пренебрегают, но я не из их числа.
– М-м, нет, – смущенно ответила я.
Подруги рассмеялись.
– Мы просто хотели в субботу пойти в кино. Ты с нами?
Я заозиралась в поисках Рейн, но та куда-то запропастилась.
– Думаю… – Я запнулась. – У меня столько домашней работы… Я потом скажу, – наконец ответила я, чем вызвала новый взрыв смеха.
– Типичная Фрэнсис, – сказала одна из подруг. Я знала, что она просто хочет меня поддразнить, но все равно было немного обидно. – Не переживай.
Ирония заключалась в том, что как раз эти выходные у меня были свободны. Мы только сдали экзамены и приступили к занятиям, так что нас еще не успели завалить домашкой. Но в субботу я встречалась с Аледом. И, откровенно говоря, хотя мы общались всего месяц – и то преимущественно в фейсбуке, – я бы предпочла потусить с ним.
В компании одноклассниц я была тихой, одержимой учебой, невыносимо скучной Школьной Фрэнсис.
С Аледом я была другой.
Вечером в субботу мы с Аледом увиделись в первый раз с той достопамятной ночи, когда он в пижаме объяснял мне логарифмы. Я вообще не нервничала, что удивительно, ведь, как я уже говорила, обычно я сама не своя перед встречей с друзьями. А тут – парень, которого я знаю меньше месяца.
Стоя на пороге его дома, я в последний раз проверила, не надела ли ненароком что-нибудь нелепое, и нажала на кнопку звонка.
Алед открыл через две секунды.
– Привет! – улыбнулся он.
Я сразу заметила, что он выглядит иначе. Волосы отросли и теперь полностью закрывали уши и брови. Пижамные шорты и худи сменились обычными джинсами и футболкой, которые ему абсолютно не шли.
– Привет. – Я хотела обнять его, но почувствовала, что это будет слегка неуместно.
Хотя мы с Кэрис дружили почти год, я ни разу не была у нее дома, так что Алед устроил мне экскурсию. Ничего особенного: на кухне – грифельная доска со списком дел и расписанием дежурств, на подоконниках и прочих поверхностях – вазы с искусственными цветами. Седеющий лабрадор по кличке Брайан лениво трусил за нами, пока мы не пошли на второй этаж. Мамы Аледа не было дома.
Но его комната оказалась настоящей сказочной пещерой с сокровищами. Остальной дом был оформлен в кремовых и коричневых тонах, а тут стены скрывались под слоем постеров, на потолке было нарисовано звездное небо, а под потолком мигали гирлянды; у окна зеленели живые растения. Еще мне сразу бросилась в глаза белая доска в завитушках записей – и четыре кресла-мешка.
А на кровати лежало покрывало с изображением ночного города.
