Аманда осторожно постучала в дверь. Через минуту дверь приоткрылась и в щели показалось детское лицо.
– Ты, наверное, Вейкко, – шепнула Аманда.
Мальчишка закивал.
– Очень приятно. Меня зовут Аманда, а это Альфред.
Вейкко снова кивнул, продолжая разглядывать нас через щель.
– Мы пришли забрать тебя на праздник, – продолжала Аманда. – Ты готов?
Мальчишка посмотрел на нас еще мгновение и приоткрыл дверь пошире, так что мы увидели его целиком. Он был босиком, в желтой пижаме, заляпанной чем-то спереди, лохматый. На руке болтался серый носок с дыркой на большом пальце.
– Так идти нельзя, – сказала Аманда. – На улице холодно. Надо надеть свитер и куртку. И носки, и шапку, и варежки. Ты знаешь, где они?
Вейкко, по-прежнему молча, помотал головой.
– Ну, пойдем поищем. – Аманда оглянулась на меня. – Альфред, жди здесь. Если кто-нибудь придет, скажи, что в квартире идет рождественская противопожарная проверка и ей ни в коем случае нельзя препятствовать.
Аманда проскользнула мимо Вейкко в квартиру. Через щель я слышал ее шепот и шуршание одежды, и вскоре Аманда появилась снова, ведя за руку Вейкко, утепленного с ног до головы. Шапка и шарф явно были ему велики – видимо, его собственных найти не удалось. В другой руке Аманда несла полиэтиленовый пакет, в котором виднелись сморщенные яблоки. Разумеется, зеленые.
Следующими были Абди и Сара Карам. Они ждали нас на ступеньках с куртками в руках. Абди был в гладкой водолазке и чистых джинсах. На сестру он надел красивую голубую кофточку и расчесал ей волосы на прямой пробор.
– Какие вы нарядные, – похвалила Аманда.
– Мама говорит, что на праздник надо одеваться красиво, даже если ты бедный, – бойко ответил Абди. – Я умею стирать, чинить и гладить одежду. Сару я всегда одеваю по утрам в чистое, хоть его и нелегко найти, потому что Сара ужасная грязнуля.
– Гивнуля, – повторила Сара.
Абди улыбнулся сестре и поднялся со ступенек. Он протянул мне руку:
– Меня зовут Абди.
– Альфред. – Я пожал ее.
– Очень приятно, – ответил Абди без тени стеснения и поднял сестру на закорки. – У тебя отличные передачи. Я слушал их все.
– Спасибо, – ответил я и почувствовал себя перед Абди каким-то слишком застенчивым и нелепым.
А Абди уже протянул руку Аманде.
– Абди, – сказал он, подкидывая сестру поудобнее. – А эта мартышка у меня на спине – Сара.
– Мавтыфка на фпине, – повторила Сара.
– Очень приятно. – Аманда бросила взгляд на Сару. – Ты сможешь нести ее так всю дорогу?
– Конечно. Я же Сарина лошадь.
– Фавина лофадь, иго-го!
На улице Абди обернулся и помахал кому-то в окне. Заметив, что в окне тоже кто-то машет, я инстинктивно отпрыгнул вбок и прижался к стене дома.
– Кто там? – испуганно шепнул я.
– Это мама. – Абди еще раз помахал.
– Она знает про праздник?
– Знает, – как ни в чем не бывало ответил Абди. – Мама сказала, что это хорошая идея. Мы пойдем на праздник, а она немножко отдохнет.
– Надеюсь, она не заскучает без вас, – заметила Аманда.
– Не заскучает, – уверенно сказал Абди. – Мы с Сарой вчера напекли ей пряников. Но вы не бойтесь, я маме не все рассказал. Про радио я не говорил. Я сказал, что просто одни друзья позвали нас в гости.
Аманда похвалила Абди за то, как он хорошо все организовал дома. И мы пошли дальше. К Ирис заходить было не надо, потому что она была уже в Глуши. Родителям она сказала, что пойдет на праздник в дом престарелых. Мама расплакалась и сказала: конечно, иди, какая же ты хорошая девочка. А папа спал глубоким сном, Ирис не стала его будить. С тех пор как мы с Ирис познакомились, Аманда перестала носить ей передачки, потому что Ирис все больше времени проводила в Глуши и могла есть там яблок и бутербродов сколько влезет.
Так что оставались еще мальчишка, который прячется в парке, и девочка, закрытая в кирпичном доме. Когда мы подошли к дому мальчишки, Аманда замедлила шаги. Она зашла в подъезд, но вскоре вышла обратно – в подъезде никого не было. Аманда пошла вдоль стены и остановилась возле треснутого окна. Постучала в окно и шепотом поухала, но никто не отозвался. Нахмурившись, Аманда вернулась к нам и как раз собиралась что-то сказать, как вдруг снова остановилась. Я видел, что уши у нее зашевелились. К счастью, было темно, и остальные ничего не заметили. Аманда натянула шапку на уши и предупреждающе подняла указательный палец.
– Сейчас тсс, – шепнула она. – Чтоб ни звука.
– Фтоб ни ввука, – повторила Сара.
– Ш-ш, – шикнул на нее Абди.
– Ф-ф, – фыкнула в ответ Сара.
– Сара, ты помнишь, как играть в камушек? – Абди отошел с сестрой подальше. – Камушки не умеют разговаривать. Всё, ты камушек. Большой серый камушек.
Сара прикрыла рот ладошкой и захихикала у Абди за спиной. Абди отошел еще дальше, стараясь угомонить сестру. Вейкко стоял рядом со мной и рассматривал свои ботинки. Я старался приглядываться и прислушиваться, чтобы, если получится, помочь Аманде. Сначала было совсем тихо, но потом сзади заскрипел снег, и кто-то спросил:
– Это вы тут забираете на праздник?
