Радужная вдова полностью

После празднования Победы она поняла, какую на самом деле громадную территорию ей удалось отвоевать. Пошел уже третий месяц ее нахождения в охотничьем домике, а это немалый срок. Люди поверили в то, что видели у себя перед глазами. От Вики перестали прятать колюще-режущие предметы, ей вернули шнурки от обуви, и теперь она ела при помощи вилки и столового ножа: никто больше не ожидал, что Вика попытается свести счеты с жизнью тем или иным способом. Санчес оказался прав: перевесила рациональная часть ее характера, а это значило, что она не совершит никакой глупости, прежде всего из-за своих детей. Пару раз Вике демонстрировали их свежие фотографии, сделанные на публике, но вне помещения, — малышей вела за ручки няня, Александра Афанасьевна трепала по кудряшкам Леху-маленького, он весело смеялся, глядя на нее… У Вики сжалось сердце. Вот и сбылся ее страшный сон, ее кошмар: чужая женщина играет с ее детьми, чужая, претендующая быть ею. В этот момент Вика почувствовала, что запросто могла бы воткнуть один из этих столовых ножей в горло Александре Афанасьевне. Запросто. С наслаждением! Наверное, любого человека можно попытаться понять, но попыток понять «несчастную девочку» из далекого Батайска больше не существовало. Потому что Александра Афанасьевна с удовольствием играла свою роль, она — чужая — все больше становилась ею, она сама жаждала этого, как бы и кто бы ее ни подталкивал. Вика с трудом подавила желание проткнуть ее изображение. Вместо подобного поступка она, усмехнувшись, поинтересовалась у Санчеса:

— Няне вы тоже платите? Или просто запугали?

— Нет необходимости, — последовал неожиданный ответ. А от услышанного дальше какая-то холодная рука сжала Викино сердце: — Она родная сестра медсестры Аллы… — Пауза, и дальше: — Как видите, мы давно с вашей семьей.

Боже мой, как все просто! Как все, оказывается, просто… Чем они с Лехой занимались все это время? Что за шоры были на их глазах? Новую няню нашел Леха, конечно, Леха, но… ведь с подачи своего старого доброго приятеля и делового партнера Пети Виноградова… Рука, качающая колыбель, правит миром. Рука, прячущая змею.

— Мой муж… — хрипло произнесла Вика. В этот момент что-то темное промелькнуло в ее глазах.

— Я не имею к этому никакого отношения. — Санчес перебил ее ровным и совершенно неинтонированным голосом.

Вика молчала, а сердце бешено колотилось… Следующую порцию нарозина принимать еще не скоро, и хоть какое-то время она могла побыть собой. Затем, кивнув на изображение Александры Афанасьевны, Вика спросила:

— Кто она для них?

— Простите?

— Кто она для них? Малыши думают, что она кто?

Санчес одарил ее своей обворожительной улыбкой, в которой Вика тоже с удовольствием поковырялась бы столовым ножом.

— Просто добрая тетя. Очень похожая на маму. Мы же не идиоты. — Он усмехнулся. — Дети-то знают, что она не их мать. Обычно дети привыкают к новым родителям за гораздо больший срок. Обычно.

Зубы Вики плотно сжались, в ее глазах вспышка гнева сменилась какой-то холодной решимостью. Санчес был в восторге.

— Спокойно, — проговорил он, — я только рассказываю о положении дел. Еще месяц — и все. Я не нарушаю данного слова. — Он беспечно посмотрел по сторонам, продолжил: — Поэтому держать ваших детей в Москве стало опасно. Именно потому, что они знают, кто их мать. И часто спрашивают, где мама… Представляете — каково?

Хватило одной фразы — бисерины слез скатились из Викиных глаз. И Санчес вдруг… деликатно отвернулся. Всего на несколько секунд. Затем произнес:

— Детей предусмотрительно не будет в Москве. Знаете, от греха подальше… Мы их увозим от лишних глаз. Да и вам никакая неудачная мысль не залезет в голову.

Она снова насторожилась.

— Не беспокойтесь, — Санчес равнодушно пожал плечами, — это, так сказать, санаторий.

— Санаторий? — повторила Вика, словно пробуя это слово на вкус.

— Закрытый санаторий, — дополнил Санчес. — Очень закрытый. Знаете, с малышами, — Санчес изобразил сердобольную улыбку, — всегда хлопотно. Проще отправить их с няней на отдых.

— Верните мне эти хлопоты, — быстро сказала она.

— Вы все знаете, — произнес Санчес, не изменяя тона. — Мальчик еще ничего, а девчонка… недавно маленькая Вика спросила, когда приедет мама.

— Это вас удивляет?

— Нет. Только это произошло в вашем кабинете, когда няня с детьми навещала вас. Такой подарок от маленькой Вики. Красотка вырастет, вся в маму.

— Перестаньте хвалить моих детей!

«О-о! — подумал Санчес. — Теперь уже не просто гнев. Прямо волчица! Хорошо». Вслух сказал:

— У меня не дурной глаз. Но я вас понимаю.

— Что за закрытый санаторий?

Санчес проигнорировал этот вопрос.

— Детей вернут к пресс-конференции, — сказал он, — где после определенных заявлений счастливая мать погрузится в семейные заботы. Как и уговорено. Так что благополучие малышей всецело в ваших руках. Надеюсь, вы это помните.

— Где этот санаторий?

— Исключено. Даже и не думайте! Послушайте, Вика, я понимаю, что вам может закрасться в голову неудачная мысль… — Он холодно посмотрел на нее. — Так вот: не стоит — это смертельно опасно для малюток. Все, тема закрыта.