– Ужасно? Ужаснее было потом… когда большая часть колонии погибла… Не хочу вспоминать об этом больше никогда. – Он содрогнулся с видом человека, который не может думать ни о чем другом.
Петрова поняла, что нужно заставить его сосредоточиться. Зацикливание на прошлом никому не поможет.
– Вы, должно быть, поняли, что случилось с вашими пациентами, – заметила она, пытаясь отвлечь его. – В конце концов поняли.
– Было похоже на то, что мы наблюдаем здесь. Навязчивая идея. Как будто кто-то задал один из старых гипотетических вопросов в шутку, только все восприняли его всерьез.
– Что за вопрос?
– Вы знаете, что дыхание происходит само собой? Об этом не нужно думать, это просто вегетативный рефлекс. Тело делает это даже во время сна.
– Да…
Чжан очень грустно улыбнулся.
– А что, если это перестанет работать? Что, если придется думать о дыхании? Напоминать себе, что нужно продолжать дышать? Сознательно, я имею в виду.
– Черт, – сказала Петрова.
– Да. Мои пациенты не понимали, что происходит, но у них пропал рефлекс. Они переставали дышать автоматически. Им приходилось сосредотачиваться на этом.
– Или они просто… что? Задыхались? О боже…
Чжан пожал плечами.
– Задыхаться – это когда вы не можете доставить кислород в легкие. У моих пациентов была асфиксия, то есть невозможность дышать. Когда становилось плохо, они не могли говорить. Им приходилось тратить всю свою умственную энергию, чтобы получить достаточное количество кислорода. И тогда они уставали. Они начинали дремать. – Чжан ухватился за край смотрового стола и держался, словно у него закружилась голова. Золотой браслет на его предплечье зашевелился, возможно, в ответ на его волнение.
– Чжан. Не уходите в себя, – позвала Петрова. Она подошла к нему и стиснула его плечо в знак поддержки. – Значит, в этом отличие здешнего василиска от того, что был на Титане. Ладно. Но синдром, расстройство, что ли… то же самое. Верно? Значит, и лечить его можно так же. Вы же вылечили Красного Душителя.
– В итоге я смог создать лекарство, да. Но к тому моменту у меня оставался только один подопытный. Я сам. Я ввел себе лекарство, не зная, убьет оно меня или спасет. Это сработало. Но только после того, как все остальные на Титане умерли.
– Но это сработало, – сказала Петрова. – Как? Как это сработало?
– Василиск – это навязчивая мысль. Она занимает место в голове, со временем становится все больше и больше. Как вирус, создающий копии себя, разрушающий клетки в поисках сырья, пока не останется ничего, кроме инфекции. Или компьютерный, использующий все больше и больше ресурсов компьютера, пока тот не выйдет из строя. Единственный способ прогнать его – лишить пространства.
– И что это значит?
– Это значит, что мне нужно вычистить весь ваш мозг. Весь. Перезагрузить вас.
– Перезагрузить, – повторила она, и доктор, видимо, уловил ход ее мыслей, потому что кивнул.
– Точно так же, как это делает Актеон.
Должно быть, искусственный интеллект подвергся воздействию василиска, подумала она. Должно быть, в тот момент, когда он вошел в систему Рая, он оказался заражен. Вот почему он постоянно перезагружался, снова и снова.
– Что-то не сходится, – проговорила она. – Актеон перезагружается, но потом снова обнаруживает в себе эту штуку и снова перезагружается, снова и снова…
– Я не знаю, почему с ним перезагрузка не срабатывает. Может, Актеон не знает, с чем имеет дело, или… или есть какая-то другая причина. Петрова, я знаю, что это может сработать. У меня же получилось. Но да, это очень опасно, и есть немалая вероятность провала.
– Давайте сделаем это.
– Подождите. Просто послушайте. Я врач. Я не могу лечить вас, если вы не понимаете, чем это чревато. Это даже отдаленно не безопасно. Это может вызвать сильные судороги. Амнезию, временную или постоянную, а может быть, и наоборот, навязчивые воспоминания – как у людей с травматическими стрессовыми расстройствами. Возможна смерть эго.
– Смерть эго?
– Мне нужно вернуть ваш мозг к заводским настройкам. Возможно, он в таком состоянии и останется. Вы можете впасть в вегетативное состояние. Или вернуться в младенчество.
– Господи. Но ведь другого выхода же нет? У нас нет выбора.
Он кивнул.
– Хорошо. Ладно, думаю, я знаю, что делать. Просто… дайте мне поработать. – Он взял пару очков виртуальной реальности с диагностического терминала и натянул на голову. – Вы должны обеспечить мне безопасность. Хорошо? Только на некоторое время. Не позволяйте ничему беспокоить меня.
– Поняла.
Он уже погрузился в транс виртуальной реальности. Тяжело опустился на стул, а затем откинулся на спинку, словно потерял сознание, не слыша ее и не видя.
По сути, она одна. В маленьком модуле в сердце звездолета, заполненного кровожадными зомби.
Она опустила взгляд на пистолет в руке.
Что ж. По крайней мере, задачу свою она поняла.
За пределами модуля слышалась какая-то возня. Что-то стучало. Раздался короткий вскрик, а затем хлюпающий звук. Ей совершенно не хотелось выяснять, что там происходит.
