Единственное, что нравится Фредди в этом мужчине, так это его костюм, так как одеяние чем-то неуловимо напоминает ему родные восьмидесятые. Фредди тут же хочет себе такой же.
— Всем привет, я Доминик Теккер, — говорит мужчина и подходит к каждому, протягивая руку. У него белозубая улыбка и молодое лицо. В нем нет ничего отталкивающего, тем не менее, когда Фредди с сомнением жмет его руку, ему становится не по себе, потому что Теккер смотрит на него слишком пристально, словно выделяет из всех остальных, а его рукопожатие кажется чересчур длительным.
Обойдя всех, их спонсор садится на диван, плюхаясь прямиком между Джоном и Брайаном, и внаглую запускает руку в тарелку с бутербродами на столе. Он жует небрежно, полностью забив рот, и мычит, видимо, от блаженства, почти закатывая глаза.
— Как это вообще можно есть? — спрашивает Брайан, не притронувшийся к еде за все время. — Это же безвкусная кроличья пища.
Теккер ничего на это не отвечает, вместо этого, проглотив что прожевал, он говорит:
— Я рад, что мы теперь все вместе. Нашему миру не хватало именно вас, — на этих словах он снова слишком пристально смотрит на Фредди, потом на его руку, в которой покоится рука Роджера.
Роджер нервно дергается и убирает руку быстрее, чем Фред успевает сообразить, теперь ему чертовски хочется прибить Теккера. Он чувствует, что Роджер напряжён и явно симпатизирует их новому знакомому.
— Вы — наше культурное наследие, достояние нашего будущего, — продолжает заливать спонсор. — Я с детства мечтал увидеть вас вживую, и вот, благодаря технологиям корпорации РАЙ, это стало возможным. У меня дрожат руки! — восклицает он и показывает свои пальцы, которые, кстати, нисколечко не дрожат. Фредди мысленно записывает его во вруны.
— Значит, вы притащили нас из прошлого ради культурного достояния? — спрашивает Джон. — И что конкретно вы спонсируете?
— Проще говоря, я оплатил вам билет в будущее, — отвечает Теккер. — Корпорация РАЙ занимается именно этим — путешествиями во времени. Если у тебя есть деньги, ты можешь заказать себе кого угодно, даже египетскую царицу. Если, конечно, эта царица представляет из себя хоть какую-то культурную ценность. Я лично знаком с человеком, который вернул нашему миру Майкла Джексона.
— Майкл Джексон мертв? — вырывается у Фредди.
— В прошлом все думают, что да, — Теккер чему-то радуется и трет ладони друг о друга в непонятном возбуждении.
— Парень намучился под конец, его смешали с грязью, — вставляет Брайан. — Я не удивляюсь, что он согласился.
— Как и все вы! — вставляет Доминик и снова кидает быстрый колючий взгляд на Фредди.
Это уже начинает раздражать, и Фред чувствует, как закипает внутри. Теккер не первый, кто заглядывается на него, в его жизни было много мужчин, которые хотели его, но никто из них не бесил так, как Теккер сейчас. Может быть, потому что Роджер, сидящий рядом, отстраняется от его плеча и Фредди больше не чувствует тепла его тела, или потому, что он сейчас совершенно не в настроении для интрижек, ведь у него появился второй шанс с Роджером. Конечно, Фредди не строит глупых иллюзий и не надеется на то, что Роджер вдруг кинется ему на шею с признаниями. Просто с высоты прожитых лет, а Фредди помнит, что, несмотря на помолодевшее лицо, ему сорок пять, он вдруг понимает, что никакие интрижки, долговременные или же встречи на одну ночь, так и не помогли ему справиться со своей безнадёжной любовью, а только привели к трагедии, которая заставила его любимых людей страдать.
— Разве это не здорово? — продолжает восхищаться Доминик. — Теперь вы снова молоды, теперь уже навеки, и снова на коне! Концерты, музыка, полные залы зрителей! В нашем будущем появятся песни Queen, о которых раньше могли только мечтать!
Ребята молча переглядываются. Теккер конечно в чем-то прав, но они все еще не уверены в себе настолько, чтобы радоваться будущим успехам. В конце концов они жили и творили в далёком прошлом, никто из них не имеет представления о том, как поменялись люди за несколько веков.
— А у нас уже есть фанаты тут? — спрашивает Брайан осторожно.
— Что значит «навеки молоды»? — одновременно с ним спрашивает Роджер.
Теккер опять смеется, и его смех раздражает Фредди. Фред хорошо разбирается в людях и отчего-то с первого взгляда понимает, что этот человек ещё принесёт им немало проблем.
— Ваш генетический код изменен, вы теперь, впрочем, как и я, не постареете, — сообщает Доминик. — Что насчет фанатов, то они и не исчезали! Их миллионы, и все с нетерпением ждут вашего первого выхода на сцену. Я конечно вас не тороплю, я понимаю, что вам надо освоиться, просто помните о том, что вы тут не менее любимы, чем там! — и снова этот взгляд на Фредди.
У Фредди, да и у остальных, двоякие ощущения от услышанного. С одной стороны все звучит довольно оптимистично, с другой создается впечатление, что их просто купили как экспонат, как вещь, и теперь они находятся в некотором долгу у человека, который заплатил бешеные деньги за то, чтобы они прожили вторую жизнь.