Роджер кряхтит как старый дед, резко подаётся обратно, и пьяный Фредди невольно валится назад. Они падают прямо на прохладную каменную кладку, не забыв по пути повалить ящики с алкоголем — бутылки, кажется, разбиваются, но всё, что могут Фредди и Роджер — это смеяться, развалившись прямо на холодном полу.
— Однажды нас с тобой перестанут приглашать на праздники, — немного успокоившись, говорит Роджер, осматривая всё то безобразие, что они натворили.
— А разве нам кто-то нужен? Праздник, он ведь тут, дорогой, — тихо отвечает Фред и кладёт свою горячую ладонь Роджеру на грудь. Чувствуя, как его сердце отбивает бешеный ритм.
У Фредди глаза блестят так, что все звёзды меркнут в одночасье.
За стеклом что-то или кто-то падает, а дальше среди общего шума Фред слышит голос Брайана и своё имя.
— Нас, кажется, потеряли, — улыбается он.
— Может быть, убежим? — неожиданно для себя предлагает Роджер.
Фредди хихикает и, словно нашкодивший ребёнок, оглядывается по сторонам.
— Третий этаж, высоко падать.
— А мы полетим, — с загадочной улыбкой отвечает Роджер.
Фредди снова смеётся и качает головой.
— Ты допился, дорогуша.
Роджер смешно дует губы и пихает Фредди ногой в бедро.
— Не прыгнул бы со мной? — спрашивает он.
Где-то здравой частью своего мозга Роджер понимает, что задаёт идиотские вопросы, но ему важно знать, потому что он бы пошёл за Фредди хоть в ад, если бы тот позвал.
— Прыгнул бы, — и Роджер видит, что Фредди говорит абсолютно серьёзно.
На сердце становится тепло, и он весь покрывается мурашками, когда тёплые длинные пальцы скользят по его груди; рубашка расстёгнута до половины, и Роджер понимает, насколько он пьян, когда с губ едва не срывается стон.
— Там… Брайан, — краснея с ног до головы, лепечет он, указывая взглядом за стекло, где Бри ищет их по всему дому.
— Да, конечно, — Роджеру кажется, что в глазах Фредди мелькает тоска.
Он грустно улыбается, встаёт сам и помогает подняться Роджеру, отряхивая перепачканную одежду.
— Фредди… я… — Роджер замолкает, не зная, что сказать, его мысли бьются как ненормальные в черепной коробке, и всё, что Роджер знает — что он не хочет отпускать Фреда куда-то сейчас.
— Что? — спрашивает Фредди, и в глазах его плещется какая-то болезненная надежда.
Но Роджер только качает головой.
— Нет, ничего. Пойдём.
Фредди тяжело вздыхает, выдавливает из себя улыбку и смело шагает в набитый людьми дом, а под утро ему снится Роджер в белоснежном костюме, и на их переплетённых пальцах блестят обручальные кольца. Фреду больно, ведь этому никогда не бывать.
Queen Marу’s Rose Garden отличается от того, что помнит Роджер. Вообще-то он не большой фанат цветов и на деле не бывал тут ни разу, но розы, которые он видит вокруг, не похожи на те, что росли в их древнее, по меркам местных, время. Тем не менее место невероятно красивое, до того, что захватывает дух, и он даже на миг забывает о навязчивом Боуи, хвостиком следующем за его спиной.
— Это место вроде стало больше… — говорит Дэвид.
Фредди восторженно осматривается вокруг, останавливая взгляд на необычных золотых цветах, которые шевелятся словно щупальца осьминога и тянутся позолоченными лепестками к солнцу.
— Вау, — восхищённо проговаривает Джон.
Роджер усмехается, пытаясь понять, говорит ли он о самом парке или о Брайане, за которым наблюдает, пока тот с горящими глазами рассматривает диковинные цветы. Тот, кажется, вообще оказывается в своей излюбленной среде — в единении с природой в каком-то смысле.
— Смотри, Бри, там ёж! — громко бросает Роджер, пытаясь удержать серьёзное выражение лица.
— Где? — едва ли не подпрыгивая от радости, вскидывается Мэй и осматривается по сторонам, пока Роджер не начинает громко ржать.
Его всегда веселила странная любовь Брайана к этим колючим созданиям.
Бри обиженно фыркает, закатывает глаза и, высоко вскинув голову, проходит вперёд, грациозно рассекая по узким тропинкам между цветов. Дики спешит за ним, оставляя Роджера и Фреда наедине с Боуи, который топчется на месте и, похоже, не знает, куда себя деть.
— Здесь правда здорово, — говорит Фред, переплетая свои пальцы с пальцами Роджера.
Боуи нервно кашляет, как и всегда: стоит им оказаться слишком близко, как тот портит всю малину, и Роджера это неимоверно бесит, поэтому он просто игнорирует его, и в последнее время у него это получается всё лучше и лучше. Вот и сейчас он смотрит на мужчину, стоящего напротив, и весь мир будто отодвигается на задний план, они одни, и Роджера обуревают совершенно разные и противоречивые эмоции. Он и не верит своему счастью, и в то же время хочет сделать хоть что-то, чтобы как-то «заслужить» или «оправдать» то, что с ним сейчас происходит. Наверное, поэтому он не думает, прежде чем сделать, а просто разворачивается и срывает золотую розу с куста. Из бутона тут же с противным шипением вылетает золотая струя, попадая ему в лицо. Роджер ощущает сладость на губах и странную шелковистость на коже.