— Именно поэтому я хочу начать репетиции как можно скорей, уверен, мы быстро наверстаем упущенное, — активно размахивая руками, заявляет Фредди.
— Лично я так же хорош, как и раньше, — усмехается Роджер, и Брайан поддерживает его кивком.
— Не парься, Дики, всё равно никто не слышит бас, — привычно шутит Бри, на что Джон только закатывает глаза, впрочем, не в силах сдержать лёгкой улыбки.
Фредди чувствует себя невероятно счастливым. Их небольшой концерт зарядил его энергией, а мысль о предстоящих репетициях, о возможности вернуться в музыку буквально возносит его к небесам. Его жизнь снова наполнена смыслом, он окрылён и полон готовности творить.
— Ужин готов, ребята, я накрыла стол в вашей любимой гостиной, — сообщает голос Вайноны.
Все конечно же помнят ту замечательную пыльную комнату, которая вызывает так много ностальгических воспоминаний. Каждый из них хочет побывать там еще раз. Фредди приходится идти молча, потому что откажись он — и придется колоться и рассказывать, что у него сегодня намечается поздний ужин с Теккером. Этого делать категорически нельзя, поэтому в этот вечер в притворстве он превосходит сам себя.
Вайнона включает им новости, где вовсю крутят их появление в городе. Фредди, Джон и Брайан не особо слушают, что там говорят, они увлечены обсуждением предстоящей репетиции, а также новостью о поступлении им на электронный счет кругленькой суммы денег: пока они пели, некоторые переводили им плату, словно они уличные музыканты. Однако никого из них это не коробит, Фредди так вообще рад, что теперь он сможет заплатить за свой ужин, тем самым обломав Теккеру весь кайф.
Неожиданно их разговор прерывается возмущенным воплем, и Роджер кидает кусочек воздушного безвкусного, но очень полезного, как утверждают местные, хлеба в голограмму экрана, зависшую над столом. Кусочек пролетает насквозь и попадает Дикону, сидящему рядом с Брайаном по другую сторону стола, в лицо. Их ужин состоит из какого-то резинового мяса и бумажных салатов — Роджер с детства ненавидит салаты, а потому настроение его стремится к нулю.
— Да они охуели! — восклицает он, махая рукой на экран, где их выступление — главная сенсация дня. Но главное не это, а то, что говорит диктор за кадром.
Момент, где он сломал летающую назойливую камеру, мусолят очень тщательно. «Роджер Тейлор, участник группы «Queen», с неуважением отнесся к правам граждан на частную съемку и сломал дорогой «комарик» местного папарацци, и теперь бедный парень оплакивает свое любимое насекомое, погибшее в неравном бою с пришельцем из прошлого» — таков общий смысл сказанного. Тем не менее, несмотря на то, что камера сломана, видео осталось, и на экране уже в который раз мелькает лицо Роджера в опасной близости от этой камеры. Очевидно, что «несчастный папарацци» сделает себе кучу бабла на этой «сенсации» и купит еще сто таких камер.
— Перебесятся и успокоятся, — говорит Брайан.
— Переключи на другой канал, Вайнона, — просит Фредди, пока Роджер не выкинул весь свой ужин.
На другом канале их показывают тоже, но умница Вайнона выбирает тот, где о них не говорят ничего плохого. Тут они просто обнимаются, заканчивая петь, видео объемное, его снимают с высоты и с разных ракурсов, и выглядит это все не так уж и плохо. Вернее, выглядело бы, если бы не голос диктора в этот момент:
— Остается загадкой, есть ли что-то между главным солистом группы, Фредди, и Роджером. Посмотрите, как они смотрят друг на друга! А эти объятия! Вы это видели?! — момент, где Роджер уткнулся Фредди в шею, показывают крупным планом и сразу со всех сторон, не остается ничего, что можно было бы скрыть.
Диктор за кадром счастливо и одобрительно мычит:
— Давайте скрестим за них пальцы и будем надеяться, что у этих двоих все сложится хорошо!
— Да выключи ты это вообще! — раздраженно говорит Роджер. Его бросает в жар и в холод одновременно от такого откровенного репортажа, и от того, насколько все выглядит очевидным. Он и понятия не имел, что выглядит со стороны именно так, и этот блаженный момент близости с Фредди на людях теперь аукается ему неловкостью и румянцем на щеках. Он опускает голову в надежде скрыть покрасневшие щеки за свисающими волосами.
Экран послушно исчезает. Брайан и Джон изо всех сил стараются не показать, что все прекрасно понимают. Фредди грустно улыбается уголком губ и говорит, что папарацци хлебом не корми, дай только сенсацию выдумать. Роджер облегченно выдыхает и чувствует себя так, словно был на волоске от того, что его постыдную тайну едва не раскрыли. К счастью, никто как будто не замечает его конфуза, и беседа течет своим чередом.