Теккеру не надо объяснять, что именно хочет слышать Фредди. Он делает кислое лицо и с неохотой говорит:
— Перемещение во времени стоит огромных денег, потому что затрачиваются огромные ресурсы. Корпорация РАЙ начала процветать семьдесят лет назад, когда каким-то чудом создала технологию перемещения во времени. Никто не знает, как это работает, всё засекречено, и все работники молчат как партизаны, не подкупишь не запугаешь. Я тоже не знаю секрета, но мне льстит, что ты думаешь, будто я такой могущественный, что смогу заставить их перенести сюда твою родню, но это не так. У корпорации есть список имен знаменитых людей, которые так или иначе оставили в истории свой след, и на каждого этого человека рано или поздно найдется свой спонсор.
— Значит, ты ничего не знаешь о сопровождающих и никогда не был в прошлом сам? — Фредди немного разочарован, он-то думал, что Теккер многое знает, но, судя по его удрученному лицу, это не так. Меркьюри уверен, что Доминик не врет насчет этого, иначе его неуемное желание пускать пыль в глаза выдало бы его с головой. Он бы обязательно что-нибудь ляпнул.
— Конечно нет, я всего лишь спонсор, и моя роль как спонсора — дать денег на ваш переезд сюда и проследить, чтобы вы не умерли с голоду где-нибудь на улице, если ваша карьера не заладится. На этом мои полномочия заканчиваются! Прошу, давай поговорим о чём-нибудь приятном, — почти умоляюще произносит Доминик, и Фредди кивает, обещая себе больше не поднимать болезненную для себя тему, по крайней мере, сегодня.
Может быть, потом, когда он освоится тут лучше и начнёт разбираться во всех тонкостях этого мира, он попробует ещё раз, но сейчас ему остаётся только смириться с существующим раскладом. Более того, Роджер тут с ним, да и ребята тоже — это больше, чем он мог мечтать.
— И о чём же ты хочешь поговорить? — спрашивает он и тут же раскаивается, что спросил, потому что слышит ожидаемый ответ.
— Ну, например, о нас, — улыбается Теккер и бесцеремонно накрывает руку Фредди своей. — Я рад, что мы наконец-то можем побыть только вдвоём.
Кажется, пришло время разъяснить мужчине, что к чему. Фредди мягко отнимает свою руку и поднимает на Доминика серьёзный взгляд, давая ему понять, что его решение окончательное и бесповоротное.
— Мне совсем не льстит твое внимание, Теккер. Я благодарен тебе за то, что ты помог нам всем оказаться тут, если нужно, я выплачу всё до копейки, как только заработаю, но максимум, что я могу тебе дать — это простое общение.
Фредди надеется, что он был достаточно убедителен и Теккер смог его понять, но тот, напротив, задаёт самый тупой вопрос из всех возможных:
— Почему?
Похоже, он и правда не понимает. Фредди на секунду даже теряется. При любом другом раскладе он послал бы подобного ухажёра на хрен, но он пока что понятия не имеет, чего ждать от Теккера, да и, в конце концов, грубить тому, кто вывалил кучу денег за то, чтобы дать тебе вторую жизнь, не лучшая идея.
— Мне не интересны сейчас отношения, и ты мне не интересен в том самом смысле, я не знаю, что ещё сказать, — отвечает Фредди.
— Я понимаю, что ты сейчас растерян, все эти неожиданные перемены, все такое… — начинает находить оправдание отказу Теккер. — Но мы оба знаем, как ты любишь все эти вечеринки, веселье… секс.
Фредди категорически не хочет говорить с Теккером про секс. И про свое прошлое тоже. Там было полно вещей, о которых он вообще вспоминать не хочет, и многие из этих вещей были сделаны в алкогольном и наркотическом угаре. Жалкие попытки заглушить жуткую пустоту в груди и чувство одиночества — вот что это было. В конце концов, он так и остался один, до самого своего конца — вечеринки не помогли.
— Может быть, любил… — поправляет Фредди. — Теперь я уже не такой. Мы все изменились, повзрослели.
Он понимает, что вряд ли Теккер вообще способен даже вообразить, каково это — жить, зная, что ты умираешь, и медленно умирать, зная, что ничего не можешь изменить. Или каково знать, что твой друг умирает, и наблюдать это на протяжении многих лет… И при этом улыбаться и работать, как прежде. Доминик, как и многие тут, бессмертен, все эти баловни судьбы просто не способны понять, как жизнь может ломать и калечить людей изнутри, перекраивая личность заново. Фреду тут же вспоминаются глаза Роджера, когда он только-только увидел его в той пыльной гостиной, и его настроение резко ухудшается.
— Секс любят все, — улыбается Теккер, его взгляд становится острым, кажется, он пытается заигрывать. — Ни за что не поверю, что великий сластолюбец Фредди Меркьюри разлюбил секс. У тебя молодое, обновленное тело, скоро оно возьмет свое.
У Фредди начинает болеть голова от этого бессмысленного разговора, он трет виски и снимает кепку, осторожно укладывая ее рядом с очками. Длинный хвост волос тут же падает ему на спину, а мелкие прядки, выбившиеся из прически, щекочут лицо. Фредди приглаживает их рукой и смотрит на Теккера взглядом, передающим всю его усталость. Он не хочет ничего отвечать, но Теккер, очевидно, не понимает, что лезет не в свое дело.