— В его оправдание я могу сказать, что это я спровоцировала приступ, — говорит вдруг Вайнона. — Я нарушила первое правило на частную неприкосновенность из-за мелкой обиды. Я не думала, что реакция Роджера будет настолько бурной.
— Так кто-нибудь объяснит толком, что случилось?! — рявкает Фредди, ему снова страшно за Роджера и категорически не нравится, что от него скрывают такие важные вещи.
— Мистер Тейлор? — детектив не то спрашивает разрешения рассказать, не то ждет реакции Роджера.
Роджер вдруг понимает, что не отвертится, как ни брыкайся. В конце концов, он решается, ведь будет лучше, если он сам расскажет, тщательно подбирая слова, чем Вайнона снова что-то ляпнет.
— Вчера вечером Вайнона показала мне запись с видеокамер, как ты уезжаешь с Теккером, — говорит он Фредди. — Я хотел его побить, вот честно, я бы догнал и побил его.
— К счастью, я не пустила, — договаривает ИИ.
На миг в комнате наступает недоумевающая тишина, а потом Фредди спрашивает:
— И это что — все? Из-за этого все это устроено?
Роджер часто дрался и бил носы своим неуместным ухажёрам, крушил все вокруг, для них это стало таким привычным, что уже казалось нормой. Но, похоже, новый мир — новые правила.
— Они считают, что я могу быть опасен, вернее, они считали так, пока я не прошел обследование сегодня утром. Это был просто срыв, — отвечает Роджер.
Ребята переглядываются: им непонятно, что здесь вообще происходит. Если Роджер ничего не сделал, не успел, а только хотел, то зачем полиция?
— Я из отдела профилактики мелких преступлений, — поясняет детектив Онни, заметив их недоумение. — Моя обязанность — зафиксировать факт происшествия, а также провести разъяснительную беседу.
— И вы думаете, ваши беседы помогут предотвратить преступления? — саркастично спрашивает Брайан. — Я имею в виду настоящие преступления, а не эту хрень, — добавляет он, махая рукой на Роджера.
— Я не думаю — я знаю. Вам разве ничего не объясняли? — спрашивает он недоуменно, разглядывая непонимающие лица напротив. — Мне казалось, об этом должны были сказать в первую очередь!
— Не сказали что? — спрашивает Роджер, у него плохое предчувствие, и оно оправдывается, да так, как ему и во сне не снилось.
Редок удивлен, когда понимает, что парни на самом деле не знают ничего о работе полиции, а ведь это едва ли не самое важное. Он спешит объяснить как можно более понятно и снова ненавидит тот факт, что подобное приходится делать именно ему, ведь то, что он собирается сказать, вряд ли кому-то может понравиться.
— Я знаю, как было раньше, учил историю, но уже много лет полиция работает по-другому. В девяноста процентах случаев мы предотвращаем преступления, а не приезжаем на уже свершившиеся. Именно поэтому у нас разработана система профилактики, специально под нашу возможность. Чипы в головах граждан передают все их мысли нам в базу данных, а ИИ благополучно сортирует их, вычленяя задуманные преступления. Так что, в данном случае, профилактика очень действенная вещь, — говорит он, с сожалением разглядывая ошарашенные лица парней.
На некоторое время все они выпадают в осадок, понимая масштабы жопы, в которой очутились. Всё вдруг становится таким ненадежным. Роджер начинает жутко бояться, что кто-нибудь узнает о его любви к Фредди и расскажет о ней, да взять хотя бы папарацци. Если они доберутся до этой базы данных…
— И у вас никто не пытался украсть чьи-то мысли? — с сомнением озвучивает Джон, сам он решает, что лучше не думать о некоторых вещах, которые хотел бы скрыть от чужих глаз, но как не думать, если только и думаешь о том, чтобы не думать о том, о чем думать нельзя?!
— Вы не должны волноваться, технология засекречена и доступна только нескольким правоохранительным структурам, а все данные стираются сразу же после получения, кроме тех, что противоречат закону, — поясняет детектив, заметив ужас на лицах. — Кроме того, люди не допускаются к сортировке мыслей.
— А, ну тогда мне сразу стало легче! — язвит Джон.
— Можно мне его вынуть? — спрашивает Брайан, конечно, это чисто риторический вопрос, так как он прекрасно понимает, что без чипа в этом мире нельзя. К счастью, ни о чем противозаконном он пока не думал и вроде даже не собирается — это и спасает от того, чтобы не начать орать как истеричная барышня.
— Как именно вы видите мысли? Картинка? Звук? — спрашивает Фредди. Ему не столько страшно, сколько интересно, хотя если всплывет его заинтересованность в Роджере, это поставит под удар всё.
— Это картинки, но иногда есть звук, все зависит от работы мозга конкретного человека, — говорит Редок. Он на самом деле поражен, что в корпорации ребятам не сказали о такой важной составляющей их личной жизни. Несмотря на то, что он родился в этом времени, он прекрасно понимает, как иногда хочется просто знать, что твои мысли — это только твои мысли. Поэтому он сочувствует парням как может.
Он отправляет им на чипы свои контакты с просьбой обращаться если что и делает себе пометку в электронном блокноте: хорошенько поговорить с начальством корпорации.