У Роджера есть причины злиться: она столько раз влезала и срывала их с Фредди встречи, что неудивительно, что он просто звереет. Она и не думала, что будет так сложно разводить мосты между двумя тайно влюбленными друг в друга парнями. Хотя поначалу Роджер пытался держаться, Мэри видела, скольких усилий ему требовалось, чтобы быть с ней просто вежливым, и все ради Фредди, ради его счастья. Самоотверженность и жертвенность Роджера достойна уважения, вот только он не дурак и вскоре понимает, что Фредди на самом деле ищет в ней всего лишь спасение от самого себя. Мэри и сама прекрасно видит, как иногда Фред заглядывается на других мужчин.
— Тогда давай, выкидывай все! — кричит Фредди, и, судя по звуку в окно, обдирая рамы, все же вылетает что-то внушительное.
— За мой любимый стул ответишь! — в свою очередь кричит Роджер, и слышится звон столовых приборов — похоже, он смахнул со стола держатель.
Мэри даже стараться особо не приходится, настолько эти двое вспыльчивые и мнительные, что по большей части ссорятся сами по себе без ее стараний. Длинный и неукротимый язык Роджера тому виной в первую очередь. И сейчас именно это и происходит.
— Тебе это не поможет, и Мэри все равно будет жить тут! — четко выговаривает ультиматум Фред.
— Ты же все равно гей, зачем тебе баба?! — кричит Роджер в ответ, и лучше бы он держал свои мысли об ориентации Фредди при себе. Не проходит и минуты, как он оказывается довольно грубо выпихнут за дверь, которая с громким стуком захлопывается у него перед носом.
Роджер оказывается лицом к лицу с Мэри, весь взъерошенный и тяжело дышащий, глаза его яростно горят, и ей даже на какое-то время кажется, что он сейчас накинется на нее, но тот лишь отлипает от дверей и уходит из квартиры, громко хлопнув дверью. Роджер пугает ее иногда, но в то же время восхищает.
Мэри знает, что позже он сильно пожалеет о сказанном, ведь он на самом деле не такой плохой парень, каким иногда кажется. Но Мэри точно знает, что ее он никогда не простит.
Роджер забирает себе правую спальню на первом этаже, и, недолго думая, Фредди располагается в левой. Теперь по ночам их разделяет только гостиная, и это мучительно сладко для Фредди. Но больше, конечно, мучительно. Его постоянно преследуют призраки прошлого, и воспоминания не дают нормально спать. Иногда ему вспоминается что-то хорошее, иногда плохое.
Верхние этажи по-прежнему пустуют, пока ими заниматься некогда, и у Фредди частенько появляется мысль перебраться спать туда, подальше, но, наверное, он слишком слабохарактерный, потому что не может решиться и выбрать день и не может понять, как объяснить свой побег Роджеру. Тот, несомненно, решит, что мешается, и, возможно, просто уйдет. Фредди не хочет, чтобы он уходил, он уже давно понял, что у него есть неслабые такие склонности к садомазохизму, и с этим уже ничего не поделаешь.
Но каждый вечер, когда они возвращаются домой после репетиций или занятий, когда они остаются с Роджером одни и уютно ужинают на кухне, Фредди убеждается все больше, что все его терзания стоят этих незабываемых семейных моментов. Иногда они приглашают разделить с ними ужин Бри и Дики, и это не напрягает никого из них. Фредди с удивлением понимает, что начинает чувствовать себя тут как дома.
Их квартиры потихоньку обрастают вещами, а шкафы — одеждой. Холл на их этаже, как и хотел Фредди, вскоре становится похожим на летний сад: стен почти не видно за зеленью в кадках, а на полу появляется пушистый ковер. Джон, каждый раз выходя из лифта, снимает ботинки и идет до своей квартиры в носках — то ли бережет, то ли у него фетиш такой, никто не спрашивает.
Фредди все еще мечтает завести кошек, хотя бы двух, но времени на это катастрофически не хватает, и он постоянно откладывает. Подготовка к концерту идет полным ходом, и им приходится постоянно быть на связи со своим менеджером и решать вопросы.
Фрэнк Синегар не разочаровывает ребят. Этот темноволосый и смуглый парень чем-то напоминает Фредди его самого, правда, странные выпуклости на его скулах говорят, что скорее всего Фрэнк не совсем человек. Тот утоляет их любопытство, объясняя, что его прабабушка вышла замуж за ингардийца. Это абсолютно ничего не говорит ребятам, так как они в глаза не видели этих ингардийцев, но одно Фредди видит совершенно ясно — Фрэнк очарователен.
Он не планирует заводить романы, в ближайшее время уж точно, и совсем не хочет повторять ошибки прошлого, но смотреть и восхищаться ему никто не запретит. Между ним и Фрэнком сразу устанавливается теплая атмосфера, которая предсказуемо не нравится Роджеру. Фредди чувствует, как начинает потихоньку закипать, когда на приветливость Фрэнка тот строит из себя буку. Он, конечно, разговаривает и даже отвечает на вопросы, но сквозь зубы. Фредди решает, что с Роджером нужно поговорить еще раз и очень серьезно.