Также он выкупил у города здание рядом с синагогой и организовал там музей, о котором уже знают во всем мире. Из каких только стран он не получает письма и посылки с экспонатами! Кстати, благодаря музею теперь и Райгород знаменит. Сюда приезжают со всей Украины, из России и даже из Америки и Израиля. Вот буквально вчера приезжал какой-то человек, причем светский. Даже в синагогу без кипы вошел. Задавал вопросы: как живете? есть ли проблемы? нужно ли что? Он, конечно, ему ответил. А потом и сам стал расспрашивать: кто такой? откуда приехал? не местный ли? Но человек оказался неразговорчивый. Представиться отказался, откуда приехал, не сказал, а на последний вопрос вообще ответил загадочно. Обронил: «Все мы местные…» – и уехал. Странные все же бывают люди, но что делать, он всем рад…
Ну вот. Короче, гордиться есть чем. Но и сделать предстоит немало.
Во-первых, нужно закончить ремонт в синагоге. Строители и реставраторы подготовили смету. Увидев ее, Шломо пришел в ужас. В пересчете на доллары – триста с лишним тысяч. Во-вторых, он планирует отремонтировать дорогу до кладбища и заасфальтировать дорожки. Чтоб люди не ломали ноги и не пачкали обувь. К покойникам нужно приходить в чистых ботинках. Сколько это будет стоить, он пока не знает, но даже интересоваться боится. Опять же музей. Он задумал сделать экспозицию, посвященную истории местного гетто. Ему рассказывали, что в годы войны здесь была табачная артель, на доходы от которой несколько тысяч человек существовали три с лишним года. Он ищет материалы, рассылает запросы по всему миру и уже даже стал получать первые ответы. Там, кстати, упоминают некоего Гройсмана, который все это организовал. Он вспомнил, что этого Гройсмана знал. Точнее, присутствовал на его похоронах. Все это необыкновенно интересно! Но чтоб сделать экспозицию, опять же требуются средства. В общем, есть чем заняться…
Шломо посмотрел на часы, отметил, что до молитвы осталось несколько минут и нужно поторапливаться. Достал сумку с талесом и филактериями[90], приготовился их надеть. В этот момент в дверь постучали. На пороге стоял один из его прихожан, Ефим, владелец недавно открытого торгового центра. Лицо его было встревожено. На вопрос, что случилось, Ефим сказал, что у арон кодеша[91] стоит чемодан. Только что к синагоге подъехала машина, из нее вышел тот человек, что вчера заезжал, достал из багажника чемодан, занес внутрь, оставил и быстро уехал. «Может, позвать милицию? – предложил Ефим. – Вдруг бомба!» Шломо сказал, что не нужно, он сам посмотрит.
Средних размеров кожаный чемодан находился на столе. Шломо тронул замки. Они неожиданно легко открылись. Откинув крышку, он увидел упакованные в полиэтилен доллары. Десять упаковок по сто тысяч в каждой. Сверху лежала записка. В ней по-русски было написано: «От моего дедушки». Подписи под этой фразой не было.