– Это собаки – друзья человека, – возразил тот. – А коты – так, гуляют сами по себе. Какие они друзья? В лучшем случае союзники.
– Он союзник что надо, – вступился Фархад. – Чфеварской твари чуть башку хитиновую не оторвал. Бился с превосходящим по силе противником!
– Так, – Федотыч принял решение спасать котика и взялся за телефон. – В каком номере Клара?
– Клара домой уехала, к мужу, – ответил Футболист. – Из медиков здесь только фельдшер, Гонсалес. В триста пятнадцатом.
– Ничо, для котенка сойдет, – Федотыч потыкал в кнопки. – Амиго, ты не спишь? Зайди к нам, бойца надо заштопать.
– Опять чфеварцы навезли своих уродцев, – проворчал Мюслик. Он не пил, сидел чуть в стороне от стола, проглядывая новости на ноутбуке. – Таскают с собой весь этот зоопарк, так хоть следили бы за ним.
– Завтра претензию напишут службе безопасности, – предрек Камалетдинов, – что их зверушку покусали. Так же, как с этим Мрланком.
– С каким Мрланком? – не понял Фархад.
Футболист хмыкнул.
– Стажер, да ты самое интересное пропустил. Пока ты там загорал, чфеварцы натравили на капитана «Молнии» службу безопасности. Так он безопасникам чуть внеплановый конец света не устроил, даже наших ребят на подмогу вызывали.
– Мы за кошака тоже поборемся, если наезжать станут, – заявил Федот Федотыч. – Хвостатый в своем праве. Здесь наша земля, и нечего всяким чфеварским страховидлам тут шастать.
– Страховидлам? – переспросил, входя, худощавый брюнет с острым носом и быстрыми глазами. – Я всегда полагал, что чфеварцы довольно симпатичные люди.
– Так я ж не про людей, – Федотыч смутился. – Я про зверух, амиго.
Гонсалес, одной рукой держа медицинский чемоданчик, а другой закрывая за собой дверь, огляделся.
– А где раненый?
– Да вот он, – ему указали на окровавленный комочек, свернувшийся в складках майки.
– Санта Мария, что это? – у фельдшера округлились глаза.
– Не что, а кто, – поправил Камалетдинов. – И не задавай глупых вопросов, даже малые дети знают, кто это. Мама, папа, киса – третье слово в человеческой жизни.
– С ума сошли? – фельдшер попятился. – Я не ветеринар.
– Ты гораздо круче, амиго. Кошаков чинить проще, чем людей. Они не пишут телеги в департамент здравоохранения, если им не нравится, как их лечат.
– Спаси бойца, Луис, – сказал Мюслик. – Он сражался за Землю. Блокировал инопланетное вторжение.
– Нет, ну точно с ума сошли, – Гонсалес со вздохом раскрыл чемоданчик. – Подержите своего бойца, чтоб не тяпнул меня, пока я его зашиваю.
Фархад сел рядом с Камалетдиновым, и тот пододвинул ему стопку. Он покачал головой.
Федотыч меж тем развивал свою мысль:
– Мы кошака чфеварцам не выдадим! Возьмем к себе на корабль. А что? Существо полезное, не даст никаким крысам завестись. Пусть в пилотской кают-компании живет.
– Ага, и назовите его Фархадом, – сказал Гонсалес, бинтуя котенку ухо. Зверек в его больших костлявых лапищах казался крошечной плюшевой игрушкой.
– Еще чего! – воспротивился Мюслик. – Так нельзя! Фархад – человеческое имя.
– Давайте его Шитанн назовем, – предложил Камалетдинов. – Он на сумеречника похож. Белый, красноглазый и с клыками.
Мюслик трижды плюнул.
– Только шайтана нам на корабле не хватало!
– Правда что, – поддержал его Федотыч. – Так капитан и позволил держать на борту зверушку с этакой кличкой! Скажет, дурная примета, и велит выкинуть за борт. Кличка должна быть нейтральной. Мурчик, например.
– Мурчик, – Камалетдинов с сомнением попробовал слово на язык. – Прямо как «Гржельчик». Кэп, чего доброго, обидится.
– Мурлыка, – сгенерировал новую версию Федотыч.
Футболист скривился и внес саркастическую поправку:
– Мурло.
Фархада вдруг осенило.
– Как, вы сказали, того вампира?.. Мрланк!
Присутствующие уставились на него.
– Браво, стажер, – оценил Камалетдинов. – Делаешь успехи.
– Э-э… – фельдшер поразмыслил. – А вампир не оскорбится?
– А кто его спрашивать будет? – фыркнул Футболист. – И вообще, сам виноват, что у него имя такое кошачье. Мрланк, – произнес он, смакуя. – Звучит определенно лучше, чем какая-то Мурлыка.
– И явно благозвучнее, чем Мурло, – усмехаясь, согласился Федотыч.
В каюте был приятный полумрак. Ххнн Трагг возлежал на своей койке поверх покрывала и предавался отдохновению. Увы, те формы отдохновения, которые он предпочитал другим, были недоступны. Гематома, расплывшаяся вокруг пострадавшего глаза, исключала чтение и компьютерные игры, а секс не сказать чтобы вовсе невозможен, но малопривлекателен: единственная девчонка на корабле при капитане, остаются мужчины, а это ж не то. Если бы не гематома, он бы, может, дошел до бара и попробовал познакомиться с какой-нибудь приветливой девушкой из тех, что обычно пасутся в космопортах. Когда он ходил к администрации оформлять стоянку, видел местных девушек. Очень симпатичные, некоторые так похожи на кетреййи, что не отличить без генетических тестов, да и с тестами не наверняка. Только даже если землянки согласятся забыть, что он шитанн, кто захочет знакомиться с мужчиной, у которого половина рожи синяя и распухшая?
