Так бы и стояла с ним вечно. Кажется, закрой глаза - и время остановится. Неплохо бы, но, увы, только мечта.
- А что тогда? – лукаво глянула, подняв лицо и разгоняя сгустившуюся дремоту.
- Что… - Нагнувшись, он легко коснулся её накрашенных розовых губ. – Только не то, что ты предложишь мне сейчас. У меня другая фантазия.
- Какая? – Большим пальчиком она дотронулась до его нижней губы, чтобы стереть остаток помады после поцелуя. Данте пригнулся и прошептал ей на ухо несколько слов. Услышав их, она тут же начала высвобождаться из его объятий, шутливо возмущаясь, но он не отпустил её сразу.
- Я надеюсь, эти выходные мы проведём вместе?
- Да, можно. И каким образом?
- Что каким образом?
- Как мы будем проводить выходные? - Энджел покосилась на дверь. И пусть в столь ранний час сомнительно ожидать посетителей, но осторожность не помешала бы. Весьма пикантное положение: он, сидящий на столе и прижимающий её к своей груди.
Достаточно того, что на работу они приехали вместе. И в офис поднялись вместе. И, что самое странное, она не ощутила стеснения, а поймала себя на мысли, что ей абсолютно всё равно, что о ней, о них, подумают. И, если быть честной до конца, сейчас ей тоже было наплевать, кто и что подумает. Она не хотела стеснять его, ей же самой было абсолютно комфортно. Когда точно появилось это ощущение, сказать не могла. Но сейчас оно было. Жило в ней. Расцветало, превращаясь во что-то большее.
- Будем отдыхать. Покатаемся на яхте. Организуем рыбалку. Ты, я, мой брат и ещё один человек.
- Ещё один человек? - Она нахмурилась.
- Ты не спросила про брата.
- Его я видела. Так кто «ещё один»?
- Одна.
- Девушка?
- Маленькая такая…
- Прекрати говорить загадками. – Она фыркнула. Терпеть не могла такую манеру говорить.
- Люблю, когда ты ревнуешь. Ещё ничего не знаешь, но уже ревнуешь. Не переживай, это моя племянница. Всего лишь моя маленькая племянница.
- Успокоил, - ехидно проговорила она, слегка развеяв его самодовольный тон. А пальцы невольно шевелились, поглаживая его поясницу, скользя по гладкой ткани чёрной рубашки.
- Хочу спросить, - после минутного молчания начал он.
- Что? – Она немного напряглась, что он сразу почувствовал. И сильнее сжал её, словно она уже начала вырываться.
- Твой желудок успокоился?
- В каком смысле? – Не поняла вопроса, потому что ждала совсем другого, и что-то подсказывало, что на этом он не остановится.
- Ты говорила, что плохо себя чувствуешь. Говорила, что у тебя болит желудок. Ты беременна, Птичка?
- С чего ты взял? – От удивления она отстранилась и посмотрела ему в глаза. - Я пью таблетки. Ты знаешь.
- Самая лучшая контрацепция – это не заниматься сексом. Остальное - до поры до времени. Так, что если что… Я должен знать сразу.
- Ты напрасно переживаешь по этому поводу, - отмахнулась она.
Странно, что он вообще завёл об этом разговор. Сама она давно не позволяла себе думать на подобную тему. Запретила мечтать о детях. По крайней мере, как он сказал – до поры, до времени.
- Я вообще не переживаю по этому поводу. Я переживаю по другому.
- И по какому же? – Теперь хоть напрягайся или нет, но разговор он начнёт. Чувствовала. Знала, что именно он спросит.
- Меня волнует твоё здоровье. Твоё зрение. Что значит «когда ты ослепнешь»? – Он повторил её фразу. И вообще вопрос построил так, чтобы было наиболее «удобно» говорить на эту тему. Несмотря на это, она попыталась высвободиться из его объятий. Уже закономерно – не смогла.
Он не отпустил её. Хотел смотреть ей в глаза и чувствовать, что её напрягает. Какое слово раздражает. Хотел уловить каждую реакцию. Осознанную или нет. И сжал её сильнее, чтобы всё это почувствовать. Нужно, чтобы она говорила. Хотел, чтобы доверяла. Доверие – такая хрупкая, но очень важная в отношениях вещь. Одна из тех опор, на которых они и строятся.
Он долго подбирал слова. Думал, как начать этот разговор. Не раньше и не позже, а именно сейчас самое время поговорить. Не стоило сразу расспрашивать её, когда она сообщила о своих проблемах, но и тянуть – сущая глупость.
- В самых своих смелых мечтах я надеюсь, что нет. Если операция пройдёт успешно. – Собралась она и ответила.
И спряталась от него же в его собственных руках. Высвободилась, но не оттолкнулась, а переместила руки на плечи. А он обнял её ещё сильнее. Тонкая блуза - не преграда. Кожей она чувствовала его горячие ладони. Всем телом чувствовала его тепло. А саму дрожь пробирала. Странная мелкая дрожь.
- Когда операция? – Она предполагала, что у него ещё тысяча вопросов. Не верила, что на этом он остановится. Даже если пока… Позже она расскажет, и сейчас уже было намного легче. Будто с плеч упал ненужный груз. Собственно, это и было правдой – ничего не мешало чувствовать себя непринуждённо с ним и наслаждаться каждым мгновением. Пусть и кратким. В перерывах на обед или за пару минут до начала рабочего дня, как сейчас.
- Тогда, когда я буду готова оплатить все расходы по лечению. Не только саму операцию. Первое время мне нельзя будет работать. В общем, главное – это реабилитационный период.
