Рука его замерла, а потом он вернул бокал на стойку, так и не сделав ни одного глотка; улыбка сошла с лица, и невольно взгляд застыл на фужере, на ярком отпечатке помады, оставленном её губами.
- Не нужно так шутить.
- А я и не шучу, - проговорила она как можно непринуждённее, хотя внутри всё всколыхнулось. Стало даже страшновато, но сказанного не воротишь и адреналин уже нёсся по венам, будоража кровь.
- То есть ты хочешь просто снять меня на ночь.
- Да, я хочу снять тебя на ночь.
- Здорово! – рассмеялся он. Надо же! Чуть не поперхнувшись, не поверил своим ушам. Его! Его хотела снять эта цыпочка, красивая, надо отметить, цыпочка. - А если я соглашусь?
- Я на это надеюсь, - совершенно серьёзно откликнулась она.
- Может, мы для начала познакомимся? – снова рассмеялся мужчина, вводя её своим низким грудным смехом в какой-то транс. Некоторое время он изучал её, пытаясь разглядеть в выражении глаз ответ на интересующий вопрос, но они странно поблёскивали, выдавая, возможно её волнение, но не больше.
- Нет. Никаких имён, - Энджел подняла бокал, но он забрал его и поставил на стойку.
- Пошли, - сказал мужчина, расплатился за них и, ухватив её за локоть, стащил со стула, прекрасно понимая, что если откажется, эта смазливая блондиночка найдёт какого-нибудь другого мужика, а с ним вместе и какие-нибудь прочие неприятности на свою прелестную попку. Впрочем, оценил он и все остальные её прелести, к которым любой здоровый мужчина не смог бы остаться равнодушным.
Всё произошло как в тумане, быстро и неожиданно. Они вышли на улицу; тут же подъехало такси; и через несколько минут швейцар открыл перед ними дверь отеля. И в такой роскоши её шёлковое зелёное платье смотрелось как нельзя кстати. Всё это время, по пути от бара до двери их номера, мужчина крепко держал её за локоть, словно предупреждая любую попытку сбежать.
Оглушительным показался щелчок дверного замка, будто говоривший, что пути отступления отрезаны. Всего пара секунд, чтобы избавиться от верхней одежды и один дрожащий вдох, чтобы подавить нарастающее волнение, когда незнакомец, ставший любовником на одну ночь, убрал пальто в гардероб и шагнул к ней. Энджел тут же отступила.
- Поздно, Птичка… Уже слишком поздно… - Он двинулся вперёд.
И не думал играть в благородство и спасать её от какого-нибудь идиота, когда вёз в отель. Просто особа эта относилась именно к такому типу женщин, которые ему нравились. Он был совсем не прочь провести с ней ночь, хотя и не искал в этот вечер связи. Красивая стройная блондинка способна вскружить голову кому угодно. Такие созданы для мужчин, для ласк, крепких объятий и удовольствия.
- Ты же хотела этого. Сама хотела именно этого… - Улыбка на его лице была многообещающей, и не было в ней ни очарования, ни обольщения.
Он начал свою игру – подкрадывался, обволакивая взглядом, а она успешно вошла в роль «жертвы», невольно слабея с каждым шагом. Сердце гулко билось в груди, тело трепетало от волнения при одном на него взгляде. Это было что-то выше её понимания, потому что видя этого мужчину впервые в жизни Энджел испытывала такие чувства, от которых голова кружилась, и земля из под ног уходила. Невозможно выдержать его взгляд и очень не хотелось, чтобы он и дальше вот так пытливо вглядывался, пытаясь прочитать то, что ему не предназначено. Его неспешные выверенные движения обезоруживали, и такая близость, когда он подошёл почти вплотную, едва задевая её грудью, вызывала трепет и предвкушение. А тепло, проникающее сквозь шёлк платья, волновал и раздражал кожу.
- Чего ты хочешь? – прошептал у самого уха. - Говори. – Не сказал, а скорее, приказал, коснувшись губами щеки.
Она чувствовала себя пленницей, реагировала на голос, так же как на прикосновения. Словно уже обнажена, а слова как поцелуи, лёгкие касания – лёгкая приручающая ласка. Его настойчивые пальцы скользили вверх по спине, захватывали волосы, пробирались между лопаток к шее, вызывая волну мелкой дрожи. Медленно он шагал вместе с ней, вынуждая, переставлять ноги.
- Только… только не нужно шампанского, вина, конфет, свечей и тому подобного, - прошептала она.
- Не переживай, Птичка. Я не романтик, сегодня у тебя не будет всей этой дребедени. - Он прижал её сильнее, позволяя чувствовать своё возбуждение. – Где? На полу? На кровати? На столе? Может быть в душе?
- Мне всё равно… - произнесла на выдохе, остановившись. Отступать больше некуда – позади стена.
