Плавные жесты мужчины убивали всякое зародившееся сомнение. Он обволакивал её. Окутывал, опутывал, дёргал за невидимые ниточки, играя как марионеткой. Склонившись к ней, слегка надавил большим пальцем на нижнюю губу, заставив рот приоткрыться, и поцеловал. Не осторожно, не нежно и не трепетно, знакомясь и приучая, а с натиском, будто знал давным-давно, имел на неё права, в очередной раз, предъявляя их. Согрел её губы, увлажнил языком, проник глубже, ошеломив своей настойчивостью. Удивительно, что поцелуй незнакомца, может вызвать такую бурю эмоций, всколыхнуть всё внутри и затянуть в водоворот. Горячий и пряный, от которого можно сойти с ума; влажный и интимный, скрывающий за собой нечто большее, чем просто возбуждающую ласку, слегка приоткрывающий завесу, показывающий маленькую толику того, «большого», что можно получить сегодня ночью.
- Всё-таки ты пил коньяк… - сказала, когда он ненадолго оторвался от неё, позволяя только перевести дыхание, а потом ещё раз приник к её губам, повторяя всё вновь. Ничего нового – всё то же самое, для усиления её волнения. Ещё раз для остроты. Чтобы стало невыносимо жарко. Дал ей попробовать себя, чтобы поняла как этого мало. Она встала на носочки, потянувшись к нему, уже не испытывая нерешительности и страха, а только желание поскорее оказаться в кровати.
- Ой, мамочки… - вырвалось, когда, подхватив, он поднял её и прижал к стене, притиснув грудью.
- А может так? - Всего один поцелуй, а эта малышка дико возбудила его. Женственная и чувственная, девушка таяла у него в руках, плавилась как воск, расслаблялась, растворялась.
- Все равно…
Он опустил её так же резко, развернул, и, взявшись за «язычок» молнии, потянул вниз. Вместе с тем его тёплые пальцы скользили по спине. Когда платье мягко упало на пол, девушка прижалась к мужской груди в поисках тепла, чувствуя себя совершенно обнажённой, ведь тонкое кружевное белье – совсем незначительная преграда. Прохладный воздух касался кожи – это было и приятно, и раздражающе одновременно.
- Ты дрожишь, Птичка…
Его дыхание согрело плечи, шею, посылая россыпь мурашек и усиливая возбуждение. Голос проникал в неё, гипнотизируя и приручая. Такой густой, насыщенный, богатый самыми разными оттенками. В нём было всё – и жгучее желание, и нотки обольщения, и открытая страсть.
Пальцы крепко сомкнулись на его запястьях. Дразнящие поцелуи выводили из равновесия.
Пусть! Одна ночь! Дикая и красивая ночь, а потом я забуду, что он был в моей жизни.
Она расслабилась и отпустила своё желание на волю:
- Значит всё-таки кровать?
- Сначала кровать.
Было темно, и от этого ощущения казались ещё острее. Ещё сильнее и невыносимее.
Он не набросился на неё, а исследовал, проверяя реакцию. Гладил её, слегка прикасался, трогал. Столько же у неё чувствительных мест...
А потом он проделал всё то же самое языком. Ласкал, заставляя, мучиться и стонать. Оставлял влажные следы на груди, плечах и шее. Измучил поцелуями. Губы припухли. Тело не подчинялось, оно подчинялось только ему.
Его прикосновения были приятными, желанными, жгучими, страстными, эротичными. Это было чистое животное удовольствие, настоящее сексуальное возбуждение, нарастающее и яркое, поглощающее целиком. И его тоже…
Он придавил её своим телом, обхватил руками, прижал к себе, так что даже вздохнуть было трудно.
- Ты не уйдёшь завтра от меня, Птичка. Я тебя не отпущу.
Она едва ли понимала, что он говорил - только чувствовала, - его широкие плечи под своими ладонями, тёплое дыхание в волосах и животное наслаждение. Настоящее… то самое… Ощущала его всем телом и всей кожей.
Мир вокруг исчез, как только он прижал её к себе, и она оказалась с ним в одной постели.
Только скольжение двух тел и влажная испарина на его широкой спине. Её прерывистые вздохи, переходящие в стоны. Примитивное физическое удовольствие.
То самое удовольствие, которое она хотела получить…
То самое, что он ей дал…
}}
Наконец-то рабочая неделя!
И вовсе не помнила, чтобы когда-нибудь так радовалась началу трудовых будней, мечтая погрязнуть в рабочей рутине, только бы не думать о том мужчине, с которым провела остаток горького вечера, его усилиями превратившегося в ошеломительную и полную дикого восторга ночь.
- А, мисс Лоран! – Вбежал запыхавшийся Тьерри. - Простите, что заставил ждать. Пойдёмте, мистер Конти де Лука Коста ждёт нас.
- Да, конечно, - ничем не выдав свою озадаченность, кивнула. Зачем главе предприятия встречаться с ней – рядовой переводчицей? Её не предупредили, что такая встреча будет иметь место. Подсознание сразу выдало на этот счёт массу предположений, но она решила пока оставить эти мысли при себе.
