Мама сменила фамилию, выйдя замуж за нашего отца. После развода ее адвокат предлагал вернуть фамилию Бенсон, но сама мысль об этом пугала ее, и мама предпочла быть миссис Вогел, чем мисс Бенсон. А сейчас она соглашалась стать миссис Холт, и мы, произнеся вслух ее новое имя, дружно рассмеялись. Миссис Элизабет Холт. Тогда-то я впервые осознала, насколько ужасен брак. Ты можешь ценить и уважать себя, только если тебя кто-то позовет замуж, а замужество – это история сплошь про булочки и занавески. Думаю, я это и раньше знала, но мне недоставало зрелости, чтобы сформулировать. Я поклялась выйти замуж только в том случае, если я сама сделаю предложение и если на свадьбу придет моя сестра, а больше никто.
В колледже Майка Ю продолжались каникулы. Поскольку у него появилось чуть больше свободного времени, он помогал в «Райском уголке». Миранда каким-то образом узнала, что меня официально вычеркнули из списков на уровень «О» в школе, и объявила эту новость в кухне перед Майком.
– Лиззи исключили из группы уровня «О», она будет следующим летом сдавать только базовый экзамен, – сообщила Миранда. Якобы между делом и, как обычно, притворно зевая.
– Нет, я не буду сдавать только базовый экзамен, – спокойно возразила я.
– Да это нормально, это официальный базовый аттестат, – сказала Миранда. – Для менее успевающих учеников.
– Да, вот только я не «менее успевающий ученик», поэтому сдавать его не буду.
Майк ошеломленно сказал, что я должна добиваться, чтобы меня как можно скорее восстановили в группе уровня «О».
– Ты должна разобраться с этим до начала следующего семестра. Ты должна продолжить образование на самом высоком уровне, Лиззи.
– Не знаю… – начала я.
– Ты слишком, слишком умна, чтобы не учиться. Ты можешь добиться в жизни чего угодно, – воодушевленно и страстно убеждал он. – Если ты сейчас сдашься, потом сильно пожалеешь и, возможно, будешь несчастна до конца дней.
Миранда ревниво вмешалась:
– Она может поступить в Чарльз Кин колледж профессионального образования и получить диплом парикмахерши, если надоест работать помощницей медсестры.
– Парикмахер – прекрасная профессия, но… – возразил Майк.
– Да, – перебила Миранда. – Представь, ты можешь сделать стрижку и изменить стиль, и с пол-оборота у человека жизнь переменится, буквально.
– Но парикмахерское дело не для таких, как Лиззи. Лиззи – интеллектуалка, она не сможет делать людям прически.
Миранда напомнила Майку, что она сама висит на волоске, потому что пропустила добрую часть учебного года из-за мононуклеоза, которым периодически болела весь 1975-й.
– Лиззи – интеллектуалка, – повторил Майк.
– А я нет? – надулась Миранда.
Майк сказала, что переживает за нас обеих, – но он явно имел в виду только меня и считал, что Миранде лучше было бы уже закончить с образованием.
Майк задержался в кухне, готовя жаркое для завтрашнего ланча. Чтобы мясо получилось как надо, жаркое должно томиться в остывающей духовке до завтра.
– Почему ты приходишь сюда так часто? – спросила я.
– Меня попросили помочь с плитой и со стряпней. Это неофициально, – он прижал палец к губам, – но взаимовыгодно.
– Ты хочешь сказать, тебе здесь нравится?
– Здесь тихо и спокойно после суеты «Дома удачи». Кухня и клиенты – которых я очень уважаю – могут иногда угнетать. С их вечными криками и требованиями. – И Майк вздохнул.
– Я понимаю, о чем ты. Я люблю тишину и подолгу принимать горячую ванну в перерыве.
– Мне здесь нравится, особенно люди.
– Особенно Миранда.
– Здесь такая особенная энергия, нежность и любовь.
– Да, это так.
– Кажется, у нас много общего, – сказал он. – И это еще одно очень приятное обстоятельство.
Я налила себе стакан воды.
– Насчет того, что я сказал про школу, Лиззи, ты должна в первую очередь думать об образовании.
– Я знаю.
– Ты, наверное, хочешь путешествовать. И тебе ведь не понравится, если муж превзойдет тебя, правда? – И он игриво засмеялся.
– Сколько уровней «О» ты сдал? – спросила я.
– Десять, и восемь из них – на отлично.
Я оставила его дальше нарезать мясо и вышла подышать. Наткнулась на Матрону, которая отпустила грубое замечание по поводу пребывания здесь Майка.
– Прохиндей он, – сказала она. – Наверняка ведь его дома обыскались. Чертов сачок.
– Вовсе нет – ему тут нравится, тут спокойно. И взаимовыгодно. – И, вспыхнув, я решительно удалилась.
Все вокруг были уверены, что мне следует подтянуться, в смысле школы. Моя сестра, моя мама, мой бывший наставник и сестра Салим уши мне прожужжали по этому поводу, не говоря уж о мисс Питт и миссис Харгрейвс.
Но, услышав те же слова от Майка Ю, я задумалась. Ему от меня абсолютно ничего не надо. Майк Ю увидел во мне что-то. И внезапно я осознала, что должна в первую очередь думать о своем образовании.
Так сказал Майк Ю.
Он назвал меня интеллектуалкой.
