– Да, ладно тебе прибедняться, ты еще меня переживешь, – по-дружески сказал я и хлопнул его по плечу. Он не любил, когда к нему обращались на «вы», это напоминало ему службу, поэтому даже дети называли его на «ты», хоть и стеснялись этого.
В этот момент Саша посмотрел на меня и протянул мне руку: – «Саша», – произнес он своим бодрым, на тот момент голосом. – «Артем», – сказал я немного удивленный таким действием. Ведь Аркадий Валерьевич мне часто рассказывал про своего внука, хоть и по сути хорошего, но с мерзким характером и отношением к людям, тем более, если этот человек беднее его.
Эта встреча была совершенно не похожа на прошлую. Саша сам тянулся к общению с дедом и вслушивался в каждое его слово, будто пытался найти какой-то скрытый смысл. Я сидел в гостях до девяти вчера, и все это время они без устали разговаривали. Разговаривали обо всем. И продолжили разговаривать после моего расставания с ними.
Преобразование
На следующее утро Саша встал лишь в одиннадцать часов, когда родители успели уехать, а завтрак уже остыл. Встав с кровати, он чувствовал какое-то незнакомое ему чувство. Он не мог разобраться в нем, но оно было безумно приятным. Он спустился на первый этаж по уже скрипучей дубовой лестнице, и до него донесся свежий запах с улицы, которым он захотел насладиться.
– Доброе утро, что у нас на завтрак? – поинтересовался он.
– Овсяная каша и компот. Ничего особенного, – ответил старик, читая газету.
– Просто, но зато как вкусно. Мне всегда нравился твой компот, – сказал Саша, который уже сидел за столом с ложкой в руке.
– Ладно, давай сразу к делу. Для начала я бы хотел извиниться за свое прошлое поведение. Пока лежал в больнице, я понял, что был не прав. Я бы хотел, чтобы ты продолжил давать мне те наставления, которые так яро пытался в меня вдолбить с самого детства, но тогда я был глуп, а сейчас я готов, – уверенно начал Саша, репетировал он совсем иначе, всю эту речь он сочинил на ходу, что и придало ей искренности.
– А зачем мне тебя учить? Раз ты сам уже начал учиться. Я делал все это для того, чтобы заинтересовать тебя в развитии, а развиваться должен ты сам, – не отвлекаясь от газеты, сказал дед.
– Но как же? Я ничего не знаю. Я не знаю с чего мне начать.
– Ты уже начал. Любое развитие начинается с признания своей глупости, что ты только что сделал.
Саша задумался…
– Знаешь, пожалуй, ты прав, я и сам справлюсь, но прошу хоть иногда помогать мне, потому что я боюсь остановиться и вернуться к прошлому.
– Совет первый и самый главный в твоей жизни: цени то, что ты имеешь.
На этом закончился и завтрак, и все их общение в течение дня. Целый день Саша гулял по деревне, о чем-то думал. Уже потом, когда он отдал мне свои дневники и я начал их перечитывать, я нашел эту запись:
«После утреннего совета деда о том, что нужно ценить то, что уже имеешь, я начал думать и пришел к выводу: все то, что у нас есть-это небольшой отрывок времени, который мы не знаем, на что потратить. Преимущественно, люди посвящают свою жизнь поиску счастья. Они видят его где-то там, далеко или высоко над головами. Они так и идут всю жизнь, подняв свой взгляд ввысь, не замечая, что у них под ногами.
Но наступает тот момент, когда человек понимает: «всё», дальше он уже не сможет уйти и ему остается только думать. Думать о том, как он провел этот маленький отрезок времени. И у большинства людей в этот момент открываются глаза: они не находят того счастья, за которым они бежали всю жизнь, – деньги, хорошая работа и много чего еще, – они находят нечто более ценное у себя под ногами. Оно оказывается таким маленьким, что его мало кто замечал. Этим счастьем оказывается твое здоровье, о котором мечтает смертельно больной. Это твоя свобода, о которой молит небеса заключенный, чтобы вернуться к своей семье. Это твой дом (который ты так не любил и мечтал побыстрее купить новенький особняк), заветная мечта матери одиночки, живущей в подвале пятиэтажки. Каждый человек, у которого нет и половины того, что имеешь ты, написал бы целую повесть о том, что бы он сделал, если бы тобой стал. На этой почве возникают вопросы: действительно ли нужно нам то, за чем мы так усердно гонимся в течене всей жизни? Может нам и не нужна последняя модель машины, которую так нахваливают?
Но разве человек осознает это, когда всю жизнь идет с задранным ввысь носом за «счастьем», которого на самом деле нет. Вот она… Главная проблема всех людей: они не ценят того, что имеют с самого рождения. Они попросту не видят своего реального счастья в погоне за навязанным социумом стереотипом – большая машина, большой дом, последняя модель телефона и девушка с большой задницей для красивых фото.
Так что же после нас останется после смерти? Нерукотворный памятник, который мы себе воздвигнем, забыв про «я» и вспомнив про «мы» или пара железяк, про которые все забудут через пару лет вместе с тобой?»
