– Как домохозяйка?.. А я и не скрываю этого. Вот ты, офицер, и объясни мне, домохозяйке. Убеди меня в том, что ошибаюсь.
– Вот смотри, Виктория, если у тебя вдруг начался насморк с кашлем, ну, простудилась ты, с кем не бывает… Подвела тебя иммунная система, лейкоциты там всякие, лимфоциты… Ты же не будешь говорить, что такая охранительная система организма и вовсе не нужна! Ведь без иммунитета человек вообще не может жить, так от любой царапины загнуться можно. Вот и противовоздушная вместе с противоракетной обороной и являются своеобразной «иммунной системой» страны. Да, зенитные средства могут иногда пропустить цель, но без всех этих «Шилок», «Тунгусок», «Торов», «Панцирей», «Триумфов» и «Фаворитов» огромная страна окажется беззащитной.
– Убедил! – рассмеялась Виктория. – Сейчас малую спать уложу и будем пить чай.
– Больше скажу, вся эта кровавая затея с Майданом в Киеве прошлой зимой как раз и случилась, чтобы НАТО смогло разместить на Украине радары обнаружения, а может, и сами ракеты-перехватчики, как в Польше. Тогда бы пришлось снова тратить огромные деньги на создание новых средств ПВО и ПРО. В современной геополитике практически все определяется подлетным временем крылатых высокоточных и ядерных баллистических ракет!..
Весну и лето 2015 года старший лейтенант Максим Полевой встретил на одном из полигонов в Донецкой Народной Республике.
Естественно, зенитные ракетно-пушечные комплексы «Панцирь-С1» в Донбассе оставались секретными, равно как и тайна их нахождения на прилегающих к границе России территориях. Ни о каких учениях на полигонах с реальными пусками зенитных ракет и стрельбами скорострельных пушек и речи быть не могло.
Нахождение на полигоне русского офицера имело совершенно иную причину.
Ополчение Донбасса продолжало реформироваться в Народную милицию республики. Процесс перехода на российские военные стандарты, начавшийся еще до освобождения Дебальцева, стал вполне логичным. Структура вооруженных сил усложнялась, от разрозненных отрядов и разношерстных батальонов требовалось перейти к более жесткой организованной структуре, способной действовать не только на тактическом, но и на оперативном уровне. Кстати, освобождение Дебальцева это продемонстрировало наиболее ярко.
Но тут же Народная милиция ДНР столкнулась с очень серьезной проблемой – нехваткой квалифицированных военных специалистов, которые могли бы научить эксплуатации и боевому применению сложной техники. Системы ПВО, даже такие устаревшие, как артиллерийские самоходки «Шилка» или ЗРК «Оса-АКМ», не говоря уже о более сложной ракетно-пушечной «Тунгуске», относились к наиболее сложному вооружению армии молодой республики.
Поэтому к командиру Отдельного зенитного дивизиона и обратились с просьбой предоставить офицеров-инструкторов для обучения местных специалистов ПВО.
Подполковник Филимонов откомандировал старшего лейтенанта Полевого на полигон в качестве инструктора боевых стрельб зенитно-ракетных и ракетно-пушечных комплексов.
– Что ж, товарищ старший лейтенант, совсем, кажется, недавно я учил вас работе на зенитных комплексах… А теперь уже вы будете обучать расчеты ПВО республики боевому применению и эксплуатации. – Федор Дмитриевич несколько смягчил свой привычный полуофициально-ироничный тон. – Помни, Макс, что за всем этим железом: проводами, микросхемами, электровакуумными лампами, ракетами – живые люди. Учи их, вбивай им навыки так же крепко, как я это делал в случае с вами. Ты уже знаешь сам, рассказывать не нужно, что в противовоздушном бою счет идет буквально на доли секунды!.. Обнаружил – классифицировал – захватил – поразил цель, значит, ты выжил.
– Есть, товарищ подполковник!
И он, молодой, но уже с легкой ранней сединой на висках офицер-инструктор, вбивал. Объяснял, рассказывал, показывал, как нужно работать на том или ином комплексе. Благо что еще на военной кафедре в Воронежском университете они в качестве ознакомления проходили и «Шилку», и «Тунгуску», и «Осу» со «Стрелой-10». Правда, последний ЗРК малой дальности не имел собственного локатора – только радиодальномер.
С утра обычно он проводил занятия с зенитчиками ДНР непосредственно на комплексах. Иногда, примерно раз в полторы-две недели, проходили стрельбы по воздушным мишеням. Работали как пушками, так и ракетами. Благо последние к ЗРК «Оса» и «Тунгуска» приходили с Большой земли регулярно.
Молодого офицера и по совместительству инженера-физика охватывало острое чувство ностальгии, когда он забирался в гудящее полутемное нутро «Осы» к индикатору кругового обзора и радиодальномеру. Здесь практически все оборудование оставалось аналоговым, а не цифровым, как на суперсовременном «Панцире», к которому Макс уже привык. Но зато так было гораздо интереснее ему самому.
