Перебрался в США. Предложили поработать по прежней, военной теме. А что тут такого? Гои — не его народ, их — не жалко. Хотя он, его родители, его деды, родились в РСФСР, но он не считал себя чем-то обязанным. Хотя кончил институт в 89-м и явно не отдал долги стране, в которой родился, но которую не называл родиной даже во сне. Но сейчас он понял: боевик не шутит. Или — или. Он не сломался духовно, ещё был цел физически. Но холодным умом просчитал варианты. Выгоднее — рассказать всё. Нет смысла продлевать жизнь так, как описал русский. Розенфельд был биологом, но учился хорошо, в психофизиологических реакциях человеческих организмов он разбирался. То, как равнодушно поимел его жену главарь, его холодные глаза, когда мучил ее, как по-деловому добил, каким тоном описал его, Розенфельда, будущее, не оставляли и тени сомнений: так всё и будет. Не факт, что удастся отомстить молчанием. Тот, кто может продержаться два часа, может сломаться на третий. Даже если — день. Смысл — мучиться?
— Я понял. Что вам поручили узнать?
Талантливый микробиолог рассказывал, как создавал вирусы, какие подвиды, их характеристики, места лабораторий и фамилии коллег по работе. Выдал данные на всех сотрудников ЦРУ, с которыми имел дело. Назвал примерные сроки и район применения заразы, приблизительные меры лечения и противодействия.
— Ты — не человек, нелюдь. У тебя жена — японка, а ты спокойно разрабатывал свиной грипп, который будет «косить» узкоглазых. Ты во сто крат большее гнильё, чем я был до ИВЛ. Это просто абзац, как таких земля держит.
— Не свиной, а куриный. Другой штамм, модификация. Свиной берёт всех, без разбора, а вот куриный…
— А мне похер. Диктофон всё записал, разведчики передадут куда следует кому поумнее. Я для души с тобой говорю. В общении с такими, как ты, понимаю, что я — ангел. Пускай и ангел возмездия. Я сейчас служу народу, как могу, отдаю долг за невинно загубленные души. Мной загубленные. Ради корысти, по глупости, по туфтовым понтам. Но отдаю! А ты… Ты не врал, красиво «пел». Как и обещал, мучить не буду. В отличие от тебя, у меня есть честь. Желаю отправляться в ад, гнида!
Точный удар в сердце остановил работу мощного процессора в голове предателя. Правильно будет сравнивать это действие Олега с выключением компьютера, а не шаблонно называть убийством человека. Дело сделано.
Вдруг, из-под дивана, ошалев от запаха крови и страха, что ли, выскочил зверь. Литвин отбросил его ногой и начал ловить. Из этого ничего толкового не вышло: вёрткая тварь попалась. В суматохе, нечаянно, Олег толкнул столик с аквариумом. Ясен пень, аквариум разбился. Пёстрая рыбка изгибалась, хватала ртом воздух. Как потом выяснили журналисты, на аквариуме была надпись: Фрэдди.
Рыбку было жалко. А ещё в этом доме нужно «замести следы». Зверь истошно визжал и мог быть услышан соседями. Олег достал из кобуры пистолет с глушителем и стал стрелять. «Цель была очень трудная: ухо, хвост, фух, наконец-то убил. Может, ещё и контрольку? Нафиг».
