Потом пришла очередь вернуть России Оренбургские степи и земли Яицкого казачества. На всех каналах шла пропагандистская кампания. Выступления историков, старые карты, художественные фильмы, статистический анализ населения. Самыми невинными были лингвисты, бросившие щепочку в костёр идеологической войны: они обосновали происхождение слова «казах» от «казак». Выходит, что вообще, никаких казахов нет и не было. А были киргизы, поселившиеся после потопа на исконно русских землях. Или вы думаете, что солёные моря в центре континента самозародились из грязи? Ясное дело, что мы заблаговременно зашли в Казахстан людьми, структурами, деньгами, подготовились. Войны не вышло. Даже захудалой. Назарбаев решил не ждать «оранжевого» сценария, не повторять судьбу Каримова, выбрал сдачу на выгодных условиях. Казахстан вошёл в состав России десятком автономий. Мы честно соблюли условия договора: оставили Назарбаева и их элиту в нескольких южных областях у власти. Но с условием: не противиться нашей национальной политике. Мы «включили» программу разделения национальностей. Перетасовывали население, разделяя: чисто казахские семьи переселялись на Юг, русские и разные смешанные: в остальные части страны.
После того, как Назарбаев везде расставил коренных казахов на руководящие посты, нужно было плавно исправить ситуацию. Что мы и делали. В то же время, я старался соблюсти договор. Зачем? А вот, зачем. На очереди стояли следующие обломки империи, требующие воссоединения. Силовой, пускай и «оранжевый», сценарий, предполагает трупы. А если договориться с элитами полюбовно, то можно обойтись и без них. Не буду лукавить, дулю в кармане я всё же держал: без русских специалистов южным предприятиям бывшего Казахстана пришлось несладко, а определённая степень автономии не давала им возможность «присосаться» к плодам чужого труда. Всё по рейтингу, по реальным заслугам, товарищи! Не по деньгам! Да и просто приехать, скупиться в «чужих» магазинах, не так-то и просто. Всякие перемещения были ограничены, как было раньше с населением Кавказа в переходные периоды.
Через полгода после присоединения Казахстана, были предъявлены территориальные претензии Туркменистану. Это официально. Перекрыли им возможность продавать газ, прочее, закрыли воздушное пространство. А неофициально мы сказали Ниязову: «Сдавайся, даём казахские условия, или…» Ниязов сдал нам Туркменистан.
Киргизия сама попросилась. Там правил академик. Ещё пришлось просить их подождать: нужно было организационно поработать с новыми территориями. Чиновники не на деревьях растут. И у нас с Россией их не бесконечное множество. Потом сам Акаев просил снять с него бремя власти, дать ему поруководить нашим проектом всеобщего контроля. Теоретически, его специализация и потенциал это позволяли. Но я отказал. Я ему не верил. В 91-м, когда нам было трудно, нужна была поддержка, этот тип гневно клеймил и злобно осуждал. И кровопролитие, и нас, и наши методы. Помню, в первой истории он сбежал из страны. Зачем мне такая крыса? Отдал Рохлину, может, ему на что и сгодится.
